Читать книгу «"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19» онлайн.

Смартфон призывно задергался на столе, и на весь экран распахнулся снимок, демонстрируя два незнакомых сочных полушария, аж выскакивающих навстречу из желтого кружева. Я посмотрел на них и закрыл.

— Зря не ответил, — заметил Глеб, усердно косившийся на мой экран.

А зачем? Грудь еще не повод для знакомства.

Так уж вышло, что основным следствием победы над Гончей было то, что мне стали приходить нюдсы — словно кто-то запустил флешмоб «пришли свои прелести мессиру Павловскому». Моя личка уже просто взрывалась от всей этой красоты — такое ощущение, что все женщины столицы, которым было что показать, сфотографировали это и показали — большинство в белье, некоторые без. Не сказать, что они приходили сотнями, но по три-четыре груди в день я получал стабильно. Видимо, посчитали меня самцом, достойным размножения себе подобных, и как оферту присылали мне свои прелести. Куда эффективнее было бы выслать лицо, однако на это духа им не хватало.

Что сказать, развратная столица — размножаться они с нами готовы, а вот звать на балы еще не дозрели.

— Ты бы видел мой аккаунт сейчас, — Глеб развалился еще глубже в кресле. — Он состоит наполовину из сисек, а наполовину из сообщений «с братом познакомишь?»

— И как ты на них отвечаешь?

— Ну, сиськам ставлю лайки. А где просят познакомить с братом, прошу выслать сиськи, чтобы я мог оценить, стоит ли знакомить их с братом. Прикинь, некоторые даже высылают…

Хотя чего удивляться: у него всегда такой контент — он даже аккаунт завел исключительно для съема. Мой же выполняет представительские функции: надо ведь себя как-то миру позиционировать, а то с учетом всех сплетен еще будут думать, что в семействе Волкодава питаются детьми и каждую субботу устраивают кровавую оргию — именно такую репутацию создал отец. Мир должен знать, что Павловские — славные, добрые люди, которые никого не убивают. Первыми.

В общем, личный аккаунт я вел, но никогда к нему серьезно не относился — так что сначала даже и не понял, почему в один день у меня резко выросло фолловеров на несколько десятков тысяч. Потом оказалось, что это Ника просто подписалась на меня и выложила снимки с моей брошью — и целая толпа зевак сразу захотела подписаться на того, кто ее одаривает. Однако настоящий взрыв произошел после истории с Гончей. Тут, пожалуй, надо сказать спасибо всяким интернет-каналам с новостями. Традиционно официальные СМИ не освещают конфликты между колдунами и в принципе очень редко говорят о колдунах, чтобы не пугать обычных людей. Если такой сюжет все же пойдет в печать или в эфир, то газета или телеканал рискуют лицензией. А вот всякие мелкие группки и чатики совершенно безнаказанно смакуют сплетни, слухи и небылицы по всему интернету — и за последнее время только ленивый не написал про меня.

Особенно благодарить мне стоило «Mademoiselle Obscure» — не самый крупный интернет-канал и не самый авторитетный, однако самый язвительный, колючий и циничный из всех.

«Долгое время новый мессир Павловский на наших радарах не появлялся, и лично я считала, что он переоценен. Судите сами, Змееуст, его первая жертва, и так дышал на ладан. Эвтаназия немощного — это, конечно, акт благородства, но не абы какое достижение…»

Язычок у этой мамзели был весьма острый. Хотя под таким подчеркнуто благородным ником могла скрываться просто обиженная на свою долю кухарка.

«А вот то, что мессир сделал с Гончей, за которым и Синод, и Ночные охотники гонялись без малого полгода — это, конечно, достижение. И теперь официально можно заявить, что молодой Павловский вошел в число сильнейших колдунов Петербурга. По крайней мере, пока ему никто не бросил вызов…»

Ну что сказать, становлюсь популярным даже среди кухарок.

А вообще вся эта болтовня явно возымела эффект. Стоило только разобраться с Гончей, как мне позвонили несколько мажоров — не таких, как наш мажор, но тоже весьма мажорных — и все захотели моих услуг. После недавних событий я вообще прослыл жутким колдуном и не менее жутким человеком — словом, тем, кем можно восхищаться в этом страшном мире. Поэтому я решил, что мне просто необходимо пользоваться полученной славой. Однако пока мои двери закрыты, выгоды от этого я не получаю — двери надо открывать. Так и появилось «Агентство услуг мессира Павловского».

Бизнес я организовал по примеру того, как все работало со скверной — то есть при моем минимальном участии, — и первым делом нашел еще одного Савелия. Им стал Филипп Рогозин, который так и рвался посотрудничать со мной.

— Для меня это будет честью, мессир, — заявил он, когда я предложил ему роль управляющего.

Колдуном Рогозин был опытным, а человеком оказался амбициозным, ответственным и надежным. По итогам каждый получил то, что хотел: Филипп — шанс поработать с дворянами, а я — хорошего управляющего. Мы решили, что только самые сложные, именитые и привередливые случаи потребуют моего личного присутствия — всеми остальными вопросами займется мой новый сотрудник.

Открытие агентства прошло пару дней назад. Я был не настолько тщеславен, как Глеб: у меня не было красной ленточки, девочек в костюмах зайчиков и кучи журналистов с гостями. Мое агентство просто начало работать, открыв двери для всех страждущих — прямо в центре столицы, на Миллионной улице, аккурат между «Артемидой» Глеба и полицейским участком. И если один из соседей был рад, то второй не очень.

— Чую, насоздаете вы мне проблем, мессир Павловский, — привычно сетовал страж порядка.

Но мое агентство было не для того, чтобы создавать проблемы, а чтобы их решать — и первые клиенты уже начали помаленьку подтягиваться.

Хотя и помимо нового бизнеса, дел в последнее время было достаточно — в доме пришлось затеять еще один экспресс-ремонт и опять заменить стекла в гостиной. Вот почему всякие аномалии вваливаются ко мне через эти несчастные окна? Бронировать их, что ли? Так нечисть и это пробьет. Вместе с ремонтом обновили и кое-что из мебели — в частности, заказали кровать в комнату Ники.

— Мне нужна большая, — без стеснения заявила прима, — чтобы уместился мужчина.

— Мужчина вообще-то спит только в моей кровати, — резонно заметила на это Ульяна.

— Уж поверь, — со смешком отозвалась наш секс-символ, — мужчина в моей кровати будет заниматься чем угодно, но только не спать…

И, надо сказать, уже пару раз сдержала обещание.

Пока девушки разбирались, с кем мне спать, я занимался своим кабинетом: заказал в Лукавых рядах дополнительную порцию оберегов, обвешал ими стены, а затем гонял бедную мышку до тех пор, пока она не смогла пролететь внутрь — просто стукалась о воздух в проеме и отскакивала в сторону. У крохи, чья ловкость оказалась подвергнута сомнениям, чуть приступ не случился, так что я разрешил ей влетать обратно.

Но больше всего хлопот доставило зеркало.

— Оно обещало мне смерть, — на следующий день после нападения сказала Уля и тут же добавила: — Но, может, я просто перенервничала…