Последний контакт 2: читать начало книги онлайн

К слову, Валерия решила, что нужно будет расспросить Добряка о том, как ваэрры преодолели этот порог. Пока Валерия склонялась к мысли, что ИИ, назвавшийся Добряком, полностью отождествляет себя с расой ваэрров. Оставалось понять главное — ваэрры управляют действиями своих ИИ или же их мир уже тотально зависим от искусственного разума?

После ревизии припасов Мирская коротала долгие дни на «Осирисе», занимаясь различной медицинской ерундой. Она довольно быстро залечила свои раны на руке и щеке. Благодаря рабочему автодоку шрамов на лице почти не осталось, девушка была довольна результатом. Затем она взялась за секционную номер один. Переборов отвращение и рвотный рефлекс, она все же провела повторное изучение трупа ваэрра, хранившегося в этой секционной. Валерия начала вести дневник, куда скрупулезно записывала все свои мысли и выводы, касающиеся строения тела ваэрров. Итогом многодневной работы стал небольшой, но довольно подробный анатомический атлас строения тела ваэрров с описанием нескольких гистологических препаратов. На все ткани, органы и системы инопланетянина у девушки попросту не хватило реактивов.

Особенно девушку интересовало строение мозга ваэрров. Изучению этого органа она посвятила еще пару недель (других дел, собственно, у Валерии и не было) и пришла к довольно интересным выводам. Записывать эти наблюдения в свой журнал она не стала, ограничившись лишь подробными рисунками строения мозговых структур и зарисовками гистологических препаратов. Что-то ей подсказывало, что у Добряка найдутся способы считывания этих записей, девушке же было крайне важно оставить эти наблюдения в секрете. Где-то на задворках ее подсознания уже зрел план противостояния.

Там же, в секционной номер, один Валерия нашла и собранные репликантом биологические образцы. Мысли о том, что она впустую проводит свои последние недели жизни, не покидали ее. Неужели ничего больше нельзя сделать? Она погибнет, так или иначе. Погибнет, не дождавшись помощи. Куда там? Помощь (если ее вообще отправили) прибудет только через четырнадцать лет. А в ее распоряжении меньше года.

День за днем она думала над предложением Добряка, взвешивая все за и против. Рассуждала Мирская так: если все равно умирать, не стоит ли согласиться на эксперимент? С другой стороны, она боялась последствий. Особенно она переживала из-за масштабов изменений в собственном организме. Да, Добряк говорил, что никаких видимых изменений тело девушки не претерпит, но Добряк был представителем враждебной расы. Не было у Валерии никакой уверенности в том, что он не лукавит. А ну как, внедрив в свой организм амальгит в сочетании с ДНК ваэрров, она обзаведется жабрами? И что-то подсказывало ей, что это будет еще не самым страшным итогом эксперимента.

Мирская часто говорила с Добряком на эту тему, пыталась выпытать у хитрого ИИ как можно больше информации о его расе, о его доме, об их шарообразном крейсере и об удивительном веществе — амальгите. Девушку интересовало буквально все — от истории зарождения расы ваэрров до их выхода в космос и войны с кремнитом. Добряк же вел свою тонкую игру. Он умудрялся отвечать на вопросы Валерии, не выдавая никаких тайн. По сути, все, что узнала Валерия о расе ваэрров, укладывалось в стандартный учебник биологии. Ваэрры развивались в эволюционном плане так же, как и люди, с поправкой лишь на их среду обитания. Из водных пучин в космос они выходили крайне медленно, видимо, сказывался их подводный образ жизни. Люди этот порог преодолели куда быстрее. Но и сама раса ваэрров существовала гораздо дольше человеческой.

На этом, собственно, информация о ваэррах и исчерпывалась. На все уточняющие вопросы Добряк либо отвечал уклончиво либо открыто говорил, что данные засекречены и потенциально представляют угрозу самому существованию ваэрров, а потому отвечать на них он не будет. Правда, всякий раз после этих слов Добряк добавлял, что, мол, если бы Валерия стала, пусть лишь и на малую часть, представителем их расы, многое из того, что сейчас представляет тайну, стало бы ей доступно. Девушка и сама понимала, где получить необходимые сведения. Ей нужно было всего лишь частично превратить себя в ваэрра и научиться пользоваться их техникой. Там, в недрах огромного крейсера уж наверняка имелись целые залежи бесценной информации — данные, которые могли бы сыграть большую роль в будущей войне человечества с ваэррами. Сам собой возникал вопрос о том, сможет ли Валерия после преобразования своего организма использовать полученную информацию.

Долгие часы раздумий привели девушку к мысли, что она не больно-то и расстроится, если ее кожа покроется рыбьей чешуей, а за ушами прорежутся жаберные щели. Не это ее беспокоило. Девушка боялась потерять собственную аутентичность. Боялась перестать быть человеком.

Так и не придя к какому-либо решению, Валерия дождалась очередной смены суток на «Осирисе» и отправилась к себе в каюту спать. Утро вечера, как говорится, мудренее. Снилось ей в эту ночь самое что ни на есть человеческое — близость с Денисом. Корнеев любил ее жарко, страстно, словно в последний раз. Валерия не могла противостоять этому сну и полностью в нем растворилась. Во сне она сама подстегивала и провоцировала своего любимого на новые свершения и эксперименты. Денис был не против и раз за разом доводил ее до исступления. Однако завершился сон не так радужно. В очередной раз открыв глаза, Валерия увидела перед собой не Дениса — ей улыбалось лицо одного из аватаров, кажется, того самого, который ее спас. Девушка закричала, но не услышала звука собственного голоса. Внезапно оказалось, что они парят в открытом космосе, где нет ни воздуха, ни звуков, и все ее попытки позвать на помощь ни к чему не приводят. Аватар же почему-то оказался не бесполым существом, а вполне себе представителем сильного пола ваэрров, так что девушка на себе прочувствовала все преимущества самцов ваэрров перед мужчинами земли. Ощущения были смешанными. Валерии было и противно, и больно, и приятно одновременно. Противно от осознания того, что ее изнасиловала премерзкая рыбина с членом до колен, но вот ощущения, которые подарило это насилие, Валерии почему-то понравились. От последней мысли становилось дико стыдно и неуютно.

Просыпалась Мирская тяжело. Голова после тяжелого сна гудела, низ живота ныл, как перед месячными. Странно, откуда бы им взяться, подумала Валерия, нас же медикаментозно «выключают» перед миссией. На всякий случай девушка проверила промежность, после чего выругала саму себя за мнительность — нечего искать то, чего быть не может. Утренний шок, подаренный ощущениями организма, прошел от внезапной мысли: ей не был противен контакт с ваэрром во сне. Подсознательно она уже приняла решение, и ее тело сигнализировало о том, какое именно.

— Я готова к новому витку переговоров, — заявила Мирская Добряку за завтраком.

— Я был уверен, что ты примешь мое предложение. Это выгодно нам обоим, поскольку…

— Я еще не согласилась! — перебила его Валерия. — Возможно… я подчеркиваю, возможно я соглашусь на твое предложение частично изменить свой геном. Но я перестрахуюсь.

— Позволь узнать, как?

— В медотсеке «Осириса» достаточно химических препаратов. Я вошью себе в тело ампулу-инъектор с веществом, останавливающим всякую мышечную активность, привяжу этот имплант к собственному костюму и настрою программу таким образом, чтобы он сработал, если я не введу в заданное время нужную комбинацию цифр. Если мне хоть на секунду покажется, что ты перехватил управление мной или моими мыслями, если мое сознание не будет контролировать мое тело, ты потеряешь меня как единицу, способную тебе помочь.

— Валерия, уверяю, это лишнее…

— Это мое условие, моя страховка от твоих вероятных попыток управлять мною, как теми аватарами, что помирают сейчас на твоем капитанском мостике.

— Я не против твоей страховки, — покорно ответил Добряк, — я лишь хочу сказать, что ваши технологии несовершенны и ты можешь скончаться не потому, что я предприму попытку завладеть твоим организмом, а потому что твоя ампула попросту сломается или же ты забудешь ввести код вовремя. По сути, любой форс-мажор может привести тебя к смерти, что негативно скажется на всем нашем сотрудничестве.

— Это мое условие! — повторила Валерия, допивая утренний кофе. — В твоих интересах не дать мне забыть ввести код, в твоих интересах не дать мне попасть в опасную ситуацию. Вот и следи теперь за мной, как за зеницей ока. Только так я буду чувствовать себя в относительной безопасности. Ах да, чуть не забыла. Если у меня вырастут жабры, появится хвост или я покроюсь чешуей, я без колебаний покончу с собой. Я нужна себе человеком, а не космическим окунем.

— Валерия, мы сами заинтересованы в том, чтобы ты сохранила свой облик. Вспомни, первоначальный план был как раз в том, чтобы внедрить тебя в общество людей! Сделать это, окажись ты хоть немного похожа на ваэрра, будет уже невозможно.

— Вы и так этого не сделаете, — уверенно парировала Мирская. — Я не давала вам согласие на вербовку. Я люблю свою планету и не собираюсь подыгрывать вам. Мы с тобой в одной упряжке, но это не делает нас союзниками. Мы оба хотим выжить и нужны друг другу. Я предлагаю разумную альтернативу насилию над собой. Я помогаю тебе, ты помогаешь мне. Я не превращаюсь в рыбу, дожидаюсь спасательной миссии землян и улетаю с ними домой. А после наше перемирие завершится, и каждый уже будет сам за себя. По рукам?

— Договорились, — ответил Добряк. — Когда приступаем?

— Подожди, — остановила его порыв Мирская, — есть еще оно условие.

— Я слушаю.

— Ты как-то говорил, что для вас не составляет труда поддерживать в человеческом репликанте жизнь.

— Не я говорил тебе это, — ответил Добряк, — тогда ты говорила с техником. Но я присутствовал при этом разговоре и готов подтвердить каждое его слово. В чем заключается твое условие?

— Если вы в состоянии разобрать человека на системы, не повредив их при этом, готова поспорить, вы сможете и собрать эти органы и системы обратно в целый организм.

— Не скажу, что это просто, — сказал после некоторой паузы Добряк, — но в моей базе данных есть упоминание о подобных экспериментах на ваэррах. Организмы ваших видов в биологическом плане не так уж и отличаются, так что я склонен ответить утвердительно. Да, это возможно.

Валерия вновь уловила нестыковку в суждениях Добряка — ИИ крейсера постоянно менял собственную идентификацию. В каких-то случаях он полностью отождествлял себя с ваэррами, а в каких-то говорил о ваэррах, как о другом виде. Сейчас, к примеру, он сказал «организмы ваших видов», явно намекая на то, что не относит себя к расе ваэрров в биологическом плане. Кем же он в таком случае себя считает?

— Ты сделаешь это для меня?