— У тебя тиф, — сказал он, — страшная болезнь.
Тут он вспомнил: Крёса-Майя говорила, что у больного тифом синеет лицо. И дотошный, как всегда, Эмиль огляделся в поисках краски, которая придала бы лицу сестренки тифозный вид. На комоде стояла мамина чернильница, та самая, которой она пользовалась, когда запечатлевала проделки Эмиля в своих синих школьных тетрадях и когда писала приглашения на чашку кофе. Впрочем, там лежал и черновик приглашения. Прочитав в нем «Миластиво просим», Эмиль почувствовал гордость за свою маму — мастерицу писать, да еще так красиво. Не то что этот Адриан из Бакхорвы, который только и смог нацарапать: «Видил Мидведя».
Маме черновик был больше не нужен. Эмиль скомкал листок в маленький шарик и сунул его в чернильницу. Когда бумага впитала в себя чернила, он кончиками пальцев выудил шарик и подошел к Иде.
— Теперь, Ида, ты увидишь, какой этот тиф, — сказал он, и Ида весело хихикнула.
— Зажмурь глаза, чтобы в них не попали чернила, — велел Эмиль и быстро выкрасил лицо сестренки в фиолетовый цвет. Но, осторожный и предусмотрительный, как всегда, он не стал красить возле глаз, и там сохранилась белизна кожи — два больших белых круга. От этих белых кругов фиолетовое лицо Иды приобрело такой жутко болезненный вид, что Эмиль сам испугался. Маленькая Ида стала похожа на страшную, как призрак, обезьянку, фотографию которой мальчик видел в книжке «Жизнь животных»[14].
— Уф! — вымолвил Эмиль. — Крёса-Майя права: тиф — страшная болезнь!
Как раз в это время Крёса-Майя добрела из лесу до Каттхульта и у калитки встретила Лину, которая возвращалась домой от Коваля-Пелле.
— Ну как? — полюбопытствовала Крёса-Майя. — Все еще болит зуб?
— Откуда мне знать? — ответила Лина.
— Как откуда? Что ты говоришь?
— Ничего про него не знаю. Он валяется на помойке Коваля-Пелле, пакость этакая. Надеюсь, он лежит там и болит так, что только стон стоит.
Лина была довольна и совсем уже не походила на булку. Она пошла показывать дырку от зуба Альфреду, лежавшему под грушевым деревом, а Крёса-Майя отправилась в кухню варить кофе. Услышав, что дети в горнице, она захотела поздороваться со своей любимицей, маленькой Идой.
Но когда Крёса-Майя увидела, что ее любимица с иссиня-фиолетовым личиком лежит в постели на белой подушке, она громко вскрикнула:
— Свят-свят, в наши-то дни…
— Это тиф, — ухмыльнулся Эмиль.
В эту минуту с дороги донесся грохот колес. Из церкви прикатили папа и мама Эмиля и гости во главе с самим пастором. Когда распрягли лошадей у конюшни, гости в предвкушении кофе и угощения гурьбой устремились к дому. Но на крыльце возникла Крёса-Майя и закричала исступленно:
— Уезжайте отсюда! Уезжайте отсюда! У нас в доме тиф!
Все замерли в смущении и испуге.
Мама Эмиля спросила:
— Что ты там мелешь? У кого это тиф?
И тут в дверях за спиной Крёсы-Майи появилась маленькая Ида с фиолетовым личиком, с белыми кругами вокруг глаз и в одной ночной рубашке.
— У меня, — сказала маленькая Ида и восторженно прыснула со смеху.
Все рассмеялись. Все, кроме папы. Он лишь выразительно спросил:
— Где Эмиль?
А Эмиля и след простыл. И пока все пили кофе, Эмиль тоже не показывался.
Выйдя из-за стола, пастор пошел на кухню утешать Крёсу-Майю. Она сидела там злющая-презлющая, потому что тиф оказался ненастоящим. Но тут случилось вот что: когда пастор утешал Крёсу-Майю, он случайно взглянул на связку писем, которую Эмиль забыл на стуле.
— Нет, просто невероятно! — Пастор ахнул и схватил письмо Адриана из Америки. — Неужто у вас та самая марка, которую я ищу столько лет!
Пастор собирал марки и знал цену редкостям. Без лишних разговоров он предложил за марку, наклеенную на письме Адриана, сорок крон.
Папа Эмиля чуть не задохнулся, услыхав о такой баснословной цене. Подумать только, платить сорок крон за какой-то жалкий клочок бумаги! Он и сердился, и в недоумении качал головой… Надо же! Этому Эмилю опять повезло! Покупка старой бархатной шкатулки оказалась тоже удачной, самой удачной сделкой из всех, какие Эмиль заключил на аукционе!
— Ведь за сорок крон можно купить полкоровы, — сказал папа с легким упреком.
[14] «Жизнь животных» (1863–1869) — книга известного немецкого зоолога Альфреда Брема (1829–1884).