Когда подбежавший Выпь свесился через подоконник, чудного зверька уже и след простыл.
Глава 6
Юга молча перестелил постель — вывернул наизнанку простынь, перед этим тщательно ее вытряхнув в окно, заплел косу, спустился вниз, оставил хозяйке заявку на побудку.
Когда вернулся, сразу же лег и заснул.
Выпь, к счастью своему не дождавшийся от него продолжения, рассудил, что Серебрянка в нынешнем своем обличье вряд ли будет спать в кровати. Успокоив несговорчивую совесть, устроился там же. Окна дом затянул, так что свет не мешал.
Заснул, против ожидания, быстро, даже не пришлось пересчитывать овдо.
И проснулся очень скоро. Сам не понял, почему.
Юга лежал на спине, одну руку заведя за голову, второй беспокойно перебирая зеленые бусины. Таращился в потолок.
Глаза его поглощали малейший свет, и пожирали, и не выпускали обратно.
— Ты чего? — хрипло прошептал Выпь.
— Ничего. Спи.
— Ага, — пастух обернулся на спину, со вздохом сказал, — тебя что-то тревожит.
— С чего взял?
— Ты, когда плохо тебе или волнуешься, бусы перебираешь.
— Ха, внимательный какой.
— Я пастух, — Выпь пожал плечами, — мне за овдо следить надлежит. А знаешь, сколько их и какие они все разные?
Юга промолчал, словно говорить ему было тяжело.
— Выпь, я кое-что сказать тебе должен.
— Ага.
— Стана больше нет.
Пастух не ответил, и облюдок продолжил:
— В общем, так дело было…
***
…Когда его, и без того злого и взведенного, со спины прегрубо взяли за плечо, первым побуждением было высвободиться. И закатить невеже с локтя. Юга рванулся.
— Опять сбежать навостришься — руки соберу, — строго предупредили в затылок. — Или сразу шею сломаю, с правой стороны да на левую, а людям скажу, что так оно и было.
— Ты здесь что позабыл?! — безосечно признал вердо Юга.
Да полно, вердо ли?
Заступая на службу, они лишались семьи и имени. Оставалось лишь звание. Призвание.
Вердо.
А у этого — гляди — и имечко имелось, и маркировщиком промышлял, в обход своих же. Юга разглядел, что был рыжий в форме стража Городца, да непростой, а с какими-то наляпками на плечах и руках.