Цукки дебютировала на императорской сцене в балете Мариуса Петипа «Дочь фараона». Пышный, роскошный, многоактный балет как нельзя лучше подходил для нее. Кстати, выучила она его за полторы недели! На сцене она демонстрировала знаменитый «стальной носок», искусство пантомимы и тонкую игру.
Как профессионал Петипа понимал, что Цукки – находка для него, ведь в труппе Мариинского в то время не было примы. А для его балетов прима-балерина обязательна! Цукки танцевала всегда искренне, безупречно выполняя всё, что придумывал балетмейстер. О чем еще желать? Затем Цукки станцевала в «Тщетной предосторожности», «Эсмеральде», «Пахите». И наконец, Петипа ставит бенефис для нее. О, что это был за вечер! Билеты были проданы сразу. Бенефициантке преподносили корзины цветов и подарки. Для того чтобы осыпать дождем живых цветов итальянскую знаменитость, специально привезли целый воз роз.
Однако не все в труппе приняли ее безоговорочно. Солистки шептались: «Скачет, как лошадь, лучше бы из цирка пригласили», «У нее баснословные гонорары…» Скальковский с юмором писал: «В закулисном мире поднялось страшное волнение, каждая корифейка, только и достойная выстирать трико Цукки, кипятилась, и интригам не было конца».
В Петербурге ходили анонимные стихи:
В отличие от Тальони и Эльслер, Вирджиния Цукки тщательно охраняла свои профессиональные секреты, занималась в классе всегда одна, при закрытых дверях, никого не допускала к себе. В Петербурге она выступала около трех сезонов. Но вкусы переменчивы. Несмотря на то что Цукки продолжала делать полные сборы, в один прекрасный день 45-летней пополневшей приме объявили, что это ее последний спектакль. Ну что же, она собралась и поехала в Москву, где в Большом театре с триумфом в собственный бенефис танцевала «Эсмеральду».
В 1888 году Вирджиния Цукки возглавила балетную труппу Одесского театра, продолжала выступать в частных театрах Петербурга и Москвы. В 1890-х годах она оставила сцену и вернулась в Италию, где открыла свою балетную школу.
В течение последующих лет в России выступали многие итальянские балерины, как правило, представительницы миланской школы, лучшей по тем временам. Среди них – Карлотта Брианца, хорошенькая темпераментная брюнетка с карими глазами, прекрасно выученная, виртуозная. В отличие от Цукки, Брианца приехала в Россию совсем молодой, ей было 20. Как и Цукки, она появилась в Санкт-Петербурге по частному приглашению, выступала на разных сценах: в театре «Ливадия», в Красносельском театре, и наконец получила приглашение Дирекции Императорских театров танцевать на казенной сцене.
В Мариинском театре Брианца дебютировала в «Гарлемском тюльпане», балете, поставленном Львом Ивановым. Иванов всегда оставался в тени Петипа, но он навсегда прославит свое имя, поставив знаменитые «белые сцены» в петербургской версии «Лебединого озера».
Как же прошел дебют Брианцы? «Царица тюльпанов» показала безупречный виртуозный танец, что уже было традиционно для итальянок, и очень понравилась зрителям, но ей было далеко до актерской игры Цукки, с которой сравнивали всех без исключения гастролерш. Пылкая Карлотта владела техническими трюками, еще не виданными нашей публикой, была гибкой, пластичной, и балетоманы сразу прозвали ее «пантерой». Как писалось в хронике, после спектакля «ей поднесли брошку с бирюзой величиной с яйцо, осыпанную бриллиантами».
На новую танцовщицу обратил пристальное внимание сам Петипа, работавший тогда над «Спящей красавицы». Распределяя роли, он отдал предпочтение именно Брианце. Это был ее звездный час! Для принцессы Авроры мэтр придумал вариации одну лучше другой. Когда его спрашивали: «Месье Петипа, как вам это удалось? Откуда такое разнообразие движений?» – балетмейстер отвечал: «Всё очень просто, это только грас и элевас», то есть «грациозно» и «воздушно». Именно это он и увидел в Брианце.
Подчиняясь Петипа, Брианца танцевала мягко, женственно. Не случайно у Чайковского в партитуре музыка Авроры – скрипка соло. «Появление Брианцы – Авроры в эффектном ярко-красном костюме было встречено громом аплодисментов. Костюм выгодно оттенял ее смуглую кожу и темные волосы. В первом же антре Брианца показала своими маленькими, сильными ножками фирменные заноски в быстром темпе. Как фонтанные брызги, расспылись ее легкие па де ша! После чего она победительно станцевала труднейшее адажио, где продемонстрировала свой стальной носок, и затем блестяще провела весь спектакль», – читаем мы в старой газете. Участие Брианцы в этом грандиозном спектакле способствовало мгновенной популярности «Спящей красавицы». Билеты купить было невозможно!
Петипа, оценивший новое приобретение Мариинского театра, переставил под Брианцу отдельные вариации в своих балетах, усложнив в них многие движения. Если раньше для Цукки Петипа возобновил «Баядерку», то для Брианцы он восстановил свой ранний балет «Царь Кандавл». На премьере случилось непредвиденное: одна из солисток, танцевавшая в дивертисменте, оказалась одета в абсолютно такой же костюм, как и у Карлотты. Видимо, это было ошибкой костюмеров, а может, интрига, разыгранная русскими танцовщицами, ревниво наблюдавшими за успехами итальянок. Прима вспылила не на шутку. В итоге Брианца разрывает раньше срока контракт и уезжает в Милан, и ее блестящая карьера продолжилась в «Ла Скала».
Но судьба уготовила Карлотте Брианце еще одну встречу со «Спящей». Вот уж действительно балет-талисман! В 1921 году Сергей Дягилев решил поставить этот балет в Париже, затем в Лондоне. Многие из его окружения удивлялись такому выбору: Дягилев всегда был в авангарде, работал со Стравинским и де Фальей, и вдруг решил реанимировать старый, к тому же масштабный и сложный спектакль. Но Дягилев был давним поклонником и знатоком «Спящей», говорил даже, именно на премьере «Спящей» в 1890 году в Мариинском театре он и его друзья осознали глубину своей любви к балету. После революции, навсегда оторванный от России, Дягилев захотел показать публике эту жемчужину русского балета. Постановку осуществил Николай Сергеев, бывший режиссер Мариинского балета. Он сумел в багаже вывезти из революционного Петрограда нотации – тексты балетов из репертуара Мариинского театра. Главную партию у Дягилева танцевала Ольга Спесивцева, одна из последних балерин императорского балета. А Карлотта Брианца, которой было уже 54 года, исполнила злую фею Карабос! Дягилев стеснялся пригласить титулованную балерину на эту роль, к тому же поставленную первоначально для мужчины. Но Брианца согласилась! И это стало ее последним выступлением. Так, символично, она завершила свою карьеру.
Еще одна итальянка, Пьерина Леньяни, танцевала в Петербурге в течение восьми лет, с 1893 по 1901 год, то есть дольше всех гастролерш. Миловидная шатенка, среднего роста, с мускулистыми ногами, в 30-летнем возрасте она приехала в Россию. После двух месяцев личных гастролей в Москве, всё у того же Лентовского, она была приглашена в Мариинский театр. Сказать, что Леньяни была виртуозна, – ничего не сказать. Но на «десерт» она приберегла кое-что, что просто свело с ума публику. Леньяни явно решила покорить знающих и придирчивых зрителей невиданными 32 фуэте.
В переводе с французского «фуэте» значит «хлестать», и действительно это напоминает движения хлыста в воздухе. Сегодня это главный балеринский хит, хотя в истории немало великих балерин, которые не стремились исполнять фуэте. Среди них Наталья Дудинская и Майя Плисецкая, очень редко делала фуэте и Галина Уланова… А тогда реакция публики были настолько оглушительна, что Леньяни тут же, словно шутя, повторила фуэте на бис, не сходя с места. «Какой-то гул стоял в воздухе от оваций, они закончились спустя 10 минут после последнего фуэте Леньяни. За кулисами вся труппа устроила ей овацию тоже. Дирекция сразу же заключила с ней контракт», – вспоминал Скальковский. И вот уже в балетной школе в любом углу все вертелись, и в столовой, и в дортуаре. Это было бы такой дерзостью – повторить за Леньяни! Но девочки падали со второго или третьего тура.
Леньяни танцевала «Коппелию», «Конек-Горбунок», «Корсар», «Талисман», а лучшей ее ролью стала Одетта-Одиллия. Иванов и Петипа ставили эту партию в «Лебедином озере» специально для Леньяни. Спектакль состоялся 15 (27) января 1895 года. В танце Леньяни кроме техники были пластичность, гибкость, мягкость… Но самое главное – балерина воплощала два разных, противоположных характера. Это было событием! Петипа конечно не забыл про ее «изюминку» и предусмотрел в танце Одиллии коронные 32 фуэте.
Можно сказать, что главный русский балет – «Лебединое озеро» – родился в союзе француза Петипа, русского Иванова и итальянки Леньяни. И это был ренессанс «Лебединого», за 18 лет до этого неудачно поставленного в Москве в Большом театре Венцелем Рейзингером. Чайковский до успеха своего главного балета не дожил.
Свой последний великий балет – «Раймонда» (1898) на музыку Александра Глазунова – Мариус Петипа также поставил на Пьерину Леньяни. Почтенных лет мастер – ему уже 79! – с молодым азартом придумал множество вариаций и дуэтов. Балерина танцевала искусно и музыкально. «Эти танцы Леньяни – тончайшие кружевные узоры», – отметил в книге «Наш балет» театральный критик XIX века Александр Плещеев.
Партия Раймонды – для избранных балерин. Среди них Марина Семёнова, Майя Плисецкая, Ирина Колпакова, Наталья Бессмертнова. Но первая – Пьерина Леньяни. Она нарисовала пластический портрет прекрасной благородной принцессы, ожидающей своего рыцаря из Крестового похода. Ее искушает страстный сарацин Абдерахман, но побеждают любовь и верность. Последняя очень яркая краска – заключительная вариация Раймонды в свадебном па-де-де, называемая балеринами «хрустальная». Перебор пуантов, легкие удары в ладоши под модуляции солирующего рояля – это вершина таланта Петипа. «Я – феномен», – запишет он в дневнике, и тем самым даст ответ скептикам, кто говорил за его спиной, что мэтр уже не в форме, что он, дескать, не тот…
А Леньяни научила своих русских коллег крутить фуэте. Высший балеринский пилотаж – крутить фуэте в одной точке, ни на сантиметр не сдвигаясь с места. Как говорят в балете, «на почтовой марке».
Из России она уехала триумфаторшей, почти 30-летняя эпоха итальянских балерин в русском балете завершилась, и на сцену вышли русские балерины Матильда Кшесинская, Ольга Преображенская, Анна Павлова, Юлия Седова, Тамара Карсавина и Ольга Спесивцева.
Петипа поставил в России около семидесяти балетов, и более половины из них – оригинальные постановки. Родившийся у моря, он и умер у моря, в 1910 году, в Гурзуфе, где была его дача. Странно, но ни в России, ни во Франции нет памятника Мариусу Петипа, нет его музея. На его могиле при Александро-Невской лавре – скромное невысокое надгробие, на белой мраморной плите написано: «Мариус Иванович Петипа. Балетмейстер».
Александр Горский
Имя балетмейстера Александра Алексеевича Горского по праву можно связать с такими понятиями, как «московский балет», «московская балетная школа» и «московская манера танца», а время его работы в Большом театре называют эпохой Горского. Приехавший из Петербурга в Москву, чтобы обновить репертуар, Горский поставил свой лучший балет – «Дон Кихот» на музыку Людвига Минкуса. Этот спектакль не покидает афишу Большого с начала ХХ века, и его смело можно назвать наряду с «Лебединым озером», «Спящей красавицей» и «Щелкунчиком» визитной карточкой театра. С удовольствием отмечу, что лучше, чем в Большом, его не танцуют нигде. По глубине, по гармоничному соединению классических и характерных танцев «Дон Кихот» – это Большой балет Большого театра.
Родился Горский под Петербургом, недалеко от Стрельны, в 1871 году. Его отец служил бухгалтером и зарабатывал достаточно, чтобы семья, в которой было двое детей – сын и дочь, существовала безбедно. В свободное от работы время Горский-старший занимался совершенно необычным для мужчины делом – вышивал шелком, и вышивал не узоры и виньетки, а картины, и получалось у него настолько хорошо, что одну из его работ – портрет Пушкина – приобрели для Зимнего дворца, а другую работу купило Итальянское собрание. Сын подолгу стоял рядом с отцом, смотрел, как летает игла, как, стежок за стежком, оживают сюжеты. Не тогда ли зародились в нем качества, столь необходимые для настоящего творца? Самые главные из них – продумать всё в мельчайших деталях и терпеливо воплотить свой замысел.
Однажды Сашеньку с сестрой мама привела в театр на оперу «Аида». Для них это было настоящим потрясением, и дома брат и сестра пытались повторить то, что видели на сцене. Сколько детей открывали для себя искусство через театр, и эта традиция конечно же не должна прерываться.
Когда Александру исполнилось восемь лет, родители решили отдать его в коммерческое училище, правда, их беспокоило здоровье сына – мальчик болезненный, нервный. И тут вмешался случай. Сестра Саши, она была младше на два года, мечтала стать артисткой. Совсем еще кроха, но мама привезла дочку в Петербург, в Императорское театральное училище – просто чтобы показать и присмотреться, а сына взяла с собой за компанию. И стройный белокурый и голубоглазый мальчик сразу привлек внимание инспекторов и педагогов.
Так Саша Горский попал в балетную школу, причем его взяли на казенный счет. Мальчик быстро привык к строгому распорядку, более того – ему нравилось заниматься, и он с гордостью носил темно-синюю форму с двумя вышитыми на лацканах лирами. Саша относился ко всему ответственно, сосредоточенно. В то время воспитанников обучали игре на скрипке, а Горский вдобавок напросился на уроки фортепиано.
Но и в балетном классе он делал явные успехи, коль скоро на него обратил внимание сам мэтр – Мариус Иванович Петипа, который совмещал работу в театре с преподаванием в школе.
Окончив школу в 1889 году, Горский был принят в Мариинский театр, в кордебалет. В то время ему нравились характерные танцы, даже больше, чем классика.