Записки президента: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Их уже обнимают. Вы пока тут поваляйтесь, отдохните. А я постараюсь в ближайшее время обойтись без перестрелок.

– Вы уж без нас не встревайте ни во шо, Евгенич.

– Вину они не призна́ют, – размышлял вслух Егорыч, – Загорин утверждает, что улетел не только посол, но и руководитель резидентуры. Думаю, нам нет смысла давить, требовать и возмущаться. От того, что общественность узнает об очередном нападении на президента и роли в этом западных спецслужб, ничего не изменится, завтра будет ураган на Таити и все об этом забудут, а отношения потом придётся улучшать. Хорошо другое – косвенно подтверждается, что те, кто хочет Вашей смерти внутри страны, подвязаны на Запад. То есть сейчас они остались без руководства и без помощи извне. И надеюсь, что Вашу сосульку мы сбили. Вряд ли Тремпольский рискнёт организовывать ещё одно покушение. А на днях мы назначим нового генпрокурора, и новый министр проведёт чистку в МВД, он, кстати, один из тех злобных профессионалов, которых Вы просили разыскать. Остальных мы расставим по губернским управлениям, а по Стóлице, думаю, есть смысл назначить Галкина. Пусть будет тут главным по порядку, тем более, что здесь городское управление – это уровень губернии.

– А когда все силовые структуры будут приведены к нормальному бою, займёмся охотой на ведьм, – подытожил я.

Начался февраль, Званцев усиленно готовился к назначенным на 10 марта выборам, его люди на местах не сидели без дела ещё с лета, поэтому всякие приятные для электората мелочи, типа юридической помощи малоимущим, перевода бабушек через дорогу и снимания котиков с деревьев дали свои плоды. В отличие от всяких предвыборных объединений, Партия Нормальных постоянно была на слуху, и Жанна уверенно прогнозировала, минимум, 50% мест в Народном Собрании. Матильда с Ларисой потрудились над образом Дмитрия Ивановича, и теперь он был обладателем роскошной бороды с проседью и очков в тонкой металлической оправе. С билбордов, по-прежнему принадлежавших дружественному холдингу, на избирателя на всех углах смотрел его мудрый взгляд. Было принято решение не дополнять его моей лысиной, поскольку сам президент ещё ничего для народа на своём посту не сделал, а вот партия, она – молодец, она выдвинула президента, который принёс в страну мир. Чтобы было понятнее, зачем мы идём на выборы, был опубликован ряд законопроектов, которые должны были приняться в первую очередь. В том числе – освобождение госслужащих от подоходного налога на зарплату. Званцев сказал, что всю жизнь недоумевал по этому поводу, – люди государевы получают жалование от государства, государство формирует свои средства из налогов. Зачем перекладывать деньги из одного кармана в другой? Не то, чтобы это должно было круто отразиться на зарплатах, мы запланировали их увеличить процентов на пять, на экономике такое нововведение тоже не сказывалось, в общем, мера чисто популистская, но звучало заманчиво и госслужащим стало понятнее, почему голосовать нужно именно за нас.

В Казаровской губернии наши засланные казачки тоже смогли убедить народ в том, что Партия Нормальных – лучший выбор для региона, а Томилин при этом ещё и понимал, что для изменения государственного устройства нам понадобится большинство в парламенте.

Выборы в Народное Собрание прошли почти без эксцессов. 57% получили Нормальные, 12% – партия врачей. К тому же некоторые мажоритарщики были не прочь голосовать вместе с нами. Такое большинство называется квалифицированным и позволяет решать любые вопросы, чего мы, собственно, и добивались. Председателем Народного Собрания стал Званцев.

На первом заседании парламента я поздравил депутатов, выразил надежду, пожелал оправдать и как бы между делом заметил, что специально обученные люди будут пристально следить за ростом их благосостояния, а также за детьми, жёнами и особенно бабушками, потому что именно у бабушек депутатов и чиновников почему-то появляются виллы за границей и шикарные квартиры в центре Стóлицы.

Невзирая на список запланированных законопроектов, первыми проголосовали изменения в системе здравоохранения, возвращающие основные принципы Семашко, но при обязательном медицинском страховании, и отмену региональных различий автомобильных номеров. Это было сделано для того, чтобы никто не мог по сочетанию букв понять, откуда хозяин автомобиля. Особенно это стало удобно казаровцам, которым нужно было интегрироваться в славское общество, а не объяснять где-нибудь в Оливии пьяным идиотам, что они не враги.

44.

Пока наше парламентское большинство готовило Конституционную реформу, мы решили, что пора начинать заниматься нашими предшественниками.

Я попросил Егорыча выяснить, как там во второй половине апреля с профессиональными праздниками у дорожных рабочих, что можно притянуть за уши – День весеннего тракта у древних славичей, например, или открытие первого асфальтного завода. Историки с архивариусами нарыли, что во второй половине восемнадцатого века в Стóлице появилась первая мостовая и как раз, почему-то в апреле.

– Зимой они её, что ли делали? – поинтересовался я, – сильны, блин, традиции дорожного строительства… А! Светлейший князь Потёмкин открыл эту мостовую 19 апреля одна тыщща семьсот затёртого года. То есть люди по ней всю зиму не ходили, ждали, когда их светлость пожалуют, ну нормально, чё.

В общем, к этому дню мы решили приурочить торжественное собрание славских дорожников. Я попросил Загорина выяснить, через кого осуществлялся контроль прохождения денежных средств в каждой из четырёх дорожных организаций, получивших государственные подряды на реконструкцию дорог по всей Славии. Обычно, смотрящим назначают кого-то из заместителей директора. За три недели, остававшихся до мероприятия, экономисты с горячим сердцем и холодными головами нарыли фамилии и должности. За две недели мы срочно выдумали и изготовили с десяток «Знаков президентского отличия», не орденами же Всеслава Великого их награждать, и запросили у подрядчиков данные на сотрудников, которые достойны быть отмеченными, при этом было разъяснено, что речь идёт не о менеджменте и даже не о главном бухгалтере, а о каком-нибудь Петровиче, который лично рулит асфальтоукладчиком, имеет большой трудовой стаж и пользуется уважением в коллективе.

Пригласительные за подписью главы Президентской Администрации были разосланы во все, интересующие нас организации, хотя в действительности нас интересовали только высшие руководители и те самые заместители.

Мероприятие решили проводить в уже любимом нами «Истоке». С банкетом и танцами. Я сказал речь, поблагодарил собравшихся за тысячи километров прекрасных дорог, выразил надежду, что именно эти дороги приведут нас в светлое настоящее, вручил работягам «Знаки» в сопровождении чеков на пятьдесят тысяч златов и попросил при случае покатать на асфальтовом катке. После чего попросил у собравшихся разрешения похитить их руководителей, на что зал со смехом согласился. Затем слово было предоставлено министру транспорта, потом ещё кому-то, потом всех пригласили на банкет, изъяв по дороге смотрящих. А мы тем временем общались с директорами.

Согласно полученным объективкам, трое из них были крепкими профессионалами, прошедшими путь от лопаты, при этом двое – иностранцами. А четвёртый – родственник бывшего министра экономики, знавший о дорогах лишь, что по ним ездят. Его хозяйство, в отличие от тех троих было укомплектовано собранной по всей Славии разношёрстной техникой, большая часть которой была в своё время конфискована или изъята за долги у других организаций. С ним разговаривать было не о чем, поэтому его сразу поместили в отдельную комнату и к нам доставили его главного инженера.

– Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятнейшее известие, – наши хрюкнули, иностранцы насторожились, – дело в том, что нам известны размеры хищений при строительстве и ваша роль в этом. С другой стороны, нам известно, что, отказавшись от выплат откатов, вы остались бы без подрядов, и эти объёмы на тех же условиях просто делал бы кто-то другой, то есть деньги всё равно уходили бы налево. Вот прямо в эти минуты с вашими смотрящими работают очень вдумчивые люди, и они обязательно обо всём расскажут. С вами тоже побеседуют, но есть одно «но»: мы заинтересованы в том, чтобы строительство дорог не прекращалось. Заинтересованы настолько, что устроили сегодня это представление и президент лично с вами разговаривает. Мы можем поискать других подрядчиков, но это займёт время, сезон будет сорван, и мы потеряем больше, чем найдём. Поэтому мы предлагаем вам продолжить работы при соблюдении ряда условий: Первое – вы больше не платите откатов, но за счёт этого повышаете качество работ, вы сможете, мы в вас верим. Второе – вы смогли предоставить более выгодные по отношению к славским компаниям условия потому, что завозимая вами техника из-за некоторых особенностей законодательства обходится вам, как иностранным юридическим лицам, дешевле. У вас вообще особая ситуация, – повернулся я к главному инженеру, – в силу ряда причин банки согласились сдать вам залоговое имущество в аренду, я, когда узнал, прослезился. Мы не будем настаивать на том, чтобы иностранные предприятия стали резидентами Славии, но из иностранных сотрудников остаётся только менеджмент, возможно, какая-то часть инженерно-технических работников, остальные кадры – местные. Дальше: нам нужны реальные гарантии на выполняемые вами работы. Поэтому пять процентов сумм, подлежащих оплате по актам выполненных работ, будут аккумулироваться на пять лет с даты таких актов на спецсчетах для подтверждения ваших гарантий. Все дефекты, проявившиеся на уже построенных вами участках вы в течение трёх месяцев устраняете за свой счёт. И самое главное – если вы принимаете наше предложение, уголовные дела на вас закрываются.

– И мы вообще не платим откаты?

– Откаты – нет. Вполне возможно, что вам иногда придётся участвовать в каких-то внебюджетных фондах, или выполнять благотворительные работы, но мы обязуемся не злоупотреблять.

Я снова повернулся к главному инженеру:

– Завтра ваши акционеры будут уведомлены о необходимости смены генерального директора, что-то мне подсказывает, что они не откажут. Согласно имеющимся у нас данным, Вы фактически выполняли его работу, поэтому для Вас ничего, кроме таблички на кабинете, не поменяется.

Загорин сообщил, что папка по дорожному делу получилась довольно пухлая. Он добавил к показаниям заместителей материалы, которые имелись у него ещё по работе на прошлой должности и уже сейчас готов передавать всё в прокуратуру. Но нам было мало одной папки, нам нужен был целый шкаф.

45.

Шкаф поступил от Синицкого. Когда мне подготовили выборки из этих материалов, можно было бы сказать про волосы, которые дыбом, но стараниями Матильды я лыс. Так получилось, что, отжав предприятия моего благодетеля, двое фигурантов решили, что для снижения себестоимости неплохо будет получать газ и электричество подешевле. Слово за слово, они уговорили Тремпольского организовать для них приватизацию передающих мощностей, то есть подмяли под себя всю систему газо- и электрораспределения, не вложив ни злата в их реконструкцию и модернизацию. И ладно бы просто подмяли, в конце концов, бизнес есть бизнес, но они при этом физически устранили с десяток человек. А люди Синицкого, испытывавшего большую личную неприязнь к этой компашке, расследовали в частном порядке череду самоубийств высокопоставленных чиновников, имевшую место примерно через год после воцарения бывшего президента. Прокуратура спустила эти дела на тормозах, подумаешь, застрелился человек из охотничьего ружья в спину, всякое в жизни бывает. Но полученные нами материалы свидетельствовали об осведомлённости бывшего президента в произошедшем и о связи всех этих смертей с процессом приватизации. Брали всех в один день. Тремпольский пытался размахивать иммунитетом. В подконтрольных его банде СМИ появились призывы покончить с политическими репрессиями, но публикация аудио и видеозаписей привела к массовым увольнениям журналистов и редакторов по собственному желанию. А международные правозащитные организации, возбудившиеся было по поводу беспредела режима Швеца, ознакомившись с уликами, как-то очень быстро заткнулись. Распределяющие компании были национализированы. Таким образом, две олигархических группировки, имевших общенациональный масштаб оказались просто ликвидированы.

Я выступил с заявлением о том, что бескомпромиссная борьба с желанием власть имущих залезть в карман славцев – в интересах нации и заявил, что государство не должно наживаться на собственных гражданах, в связи с чем подал законопроект об отпуске населению электроэнергии по себестоимости в определённом лимите.

В результате даже самые протремпольски настроенные сменили риторику с «Как так можно?!» на «Так им и надо!»

В один из майских дней мы собрали совещание, на котором, кроме меня, присутствовали Званцев, Глинский, Остапин и Жанна. По моей просьбе пригласили министра транспорта, министра иностранных дел, министра внутренних дел, министра обороны и министра экономического развития. Раньше мы назвали бы это дружеской попойкой, вечеринкой или просто встречей, но теперь это было событием. Надо же – такие люди встречаются. Меры безопасности, нагрузка на референтов, я в шутку поинтересовался, надевать ли мне цепь, так люди всерьёз полезли штудировать инструкции и чуть меня в неё не обрядили.

После моей просьбы оставить нас одних, вся эта свора протокольных служащих на голубом глазу не понимала, что от неё требуется, пока Егорыч не объявил совещание секретным. В глазах появилось осознание, они вспомнили инструкцию, которой это регламентируется, закрыли двери снаружи и вызвали сотрудников УБ с соответствующим допуском, чтобы эти двери охранять. Я предложил в следующий раз встречаться в столовой жилой части Замка, чтобы не напрягать коллектив аппарата, а сам аппарат слегка сократить. Раза в три, например.

На повестке дня… Да блин же ж! Поговорить я хотел обо всех наших будущих шагах, чтобы систематизировать строительство светлого настоящего. О налоговой реформе, о федерализации, о развитии экономики и о том, как вообще жить дальше.