Сионизм: теория и практика: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сионистские главари поставили своей целью добиться, чтобы население израильского государства воспринимало религию и закон как синонимы, а правоверные иудеи, проживающие за пределами Израиля, через постулаты иудаизма в сочетании с политическими «идеями» крупной еврейской буржуазии приобщились к сионизму. Тем самым они стремятся укрепить ореол «святости» вокруг Израиля как продолжателя политики древних царей Давида и Соломона.

Официальные сионистские историографы утверждают, что «сионизм как идея насчитывает столько же веков истории, сколько само еврейство», и что «неразрывная цепь связывает в еврейской истории воедино все поколения евреев, начиная с Авраама», так же, как и «всех еврейских учителей… от Моисея до пророка Малахии… и от членов синедриона через маймонидов до наших дней»[58], т. е., очевидно, до Герцля, Нордау, Соколова, Вейцмана и других основателей и лидеров политического сионизма.

Свое отношение к религии сионисты выражают в многочисленных письменных и устных выступлениях, в законах государства Израиль, в принудительном осуществлении в масштабах целого государства запретов и установлений иудейского религиозного комплекса, изложенного в «священных книгах».

Реакционная еврейская буржуазия всегда стремилась оторвать трудящихся евреев от общей борьбы рабочего класса против эксплуататоров и добиться полного подчинения масс своим эгоистическим интересам. «Еврейская идея… проявляется в энергичной борьбе за свое существование — в объединении всех евреев всех стран, — писал один из лидеров сионизма начала XX в. Н. Соколов, — независимо от уровня культуры или партийной принадлежности, в борьбе по всем вопросам, затрагивающим евреев и иудаизм…»

В лице иудейского клерикализма, который демагогически призывает к классовому миру среди последователей Яхве, крупная еврейская буржуазия находит своего верного союзника. Иудаизм, защищая интересы эксплуататоров, утешает низы тем, что «бедность имеет хорошую сторону потому, что ведет к смирению, которое занимает первое место среди человеческих добродетелей».

Талмудические рассуждения о справедливости разделения общества на богатых и бедных подкрепляют позиции сионистов, декларирующих необходимость объединения эксплуататорской верхушки и эксплуатируемых низов в единые политические партии и организации. Эксплуатируемым массам раввины внушают положения Талмуда о том, что «нельзя не быть нуждающимся на земле», «бедность так же к лицу Израилю, как сбруя белому коню, ибо бедность смягчает сердце и смиряет гордость».

Раввины утверждают, что смягчать социальное неравенство между евреями следует только путем филантропии. Стремясь притупить остроту классовой борьбы, они организовывают благотворительные учреждения и проводят другие мероприятия, направленные на создание «классового мира» среди еврейского населения. Такой характер носили общества «Хавре кадышим» («Братство религиозного погребения»), «Эзрат холим» («Общество попечения бедных»), «Гедеши» («Ночлежные дома»). Раввины «позаботились» и о бедных студентах, создав для них «Масхол кошер» («Религиозную студенческую столовую»). Не остались без внимания и невесты-бесприданницы, для которых было организовано «Гимнасис коло» («Общество по снабжению приданым бедных невест»)¹.

Под вывеской религиозных иудаистских учреждений сионисты вели и ведут широкую организационнопропагандистскую работу, собирают денежные средства, нередко под видом взимания религиозного налога[59]. В отношении иудаизма сионисты обнаруживают чисто утилитарный подход. Они прибегают к услугам синагоги и раввината там, где сионистские политические организации легально существовать не могут, например в странах социализма, для подрывных действий и вербовки сторонников из числа верующих.

Иудаизм и сионизм сводят всю географию и этнографию к делению на две страны и на две нации: иудеев и «гоев». «Гои» — это враги, неиудеи. Клерикалы и сионистский режим в Израиле на практике ставят неевреев вне закона, создавая состояние непрерывной вражды между евреями и всем остальным населением земли. Оправдание человеконенавистничества и разжигание ненависти к инакомыслящим и инаковерующим служат экспансионистским целям. После нападения Израиля на Египет в 1956 г. израильское правительство считало «историческим прецедентом» для этой агрессии богословские трактаты раввинов, согласно которым «праотцы Авраам и Исаак шли этим же путем тысячу лет назад, а царь Соломон владел на юге рудниками». В 1967 г., развязав агрессию против арабских стран, правители Израиля вновь оправдывали оккупацию «историческим правом», которое якобы даровано израильтянам богом.

«Рационально» сочетая и внедряя идеи сионизма и иудаизма, сионистские пропагандисты приложили много усилий, чтобы возвести иудейский религиозный комплекс в ранг мировых религий.

Однако иудейская религия, несмотря на монотеизм и значительное влияние, которое она оказала на формирование христианства и ислама, все же не получила широкого распространения. Этому мешал ряд специфических обрядов, а также дух нетерпимости к иноверцам. «Иудейство, — писал Ф. Энгельс, — со своим новым универсальным богом тоже сделало попытку стать мировой религией. Но дети Израиля оставались все время аристократией среди верующих и обрезанных; и даже христианство должно было сначала освободиться от представления (которое еще господствовало в так называемом Откровении Иоанна) о преимуществах христиан из евреев, прежде чем оно могло стать настоящей мировой религией»¹.

Иудаизм, по сути дела, представляет собой духовную форму еврейского гетто. Он обеспечивает в каждой общине власть имущей верхушки над единоверцами, а также объединение представителей правящих кругов общин.

Стратеги сионизма делают ставку именно на иудаизм, рассчитывая добиться отслоения евреев от остального населения. Они стремятся превратить еврейское население при активной помощи и содействии клерикалов в замкнутые группировки в том или ином государстве. Сионизм развивает свои «концепции», сочетая в них религиозный догмат «богоизбранности» последователей Яхве с «теоретическими» положениями о каком-то особом «единстве» интересов еврейского населения всего мира независимо от общественной системы, формы политической власти и социальной структуры отдельных государств.

Сионистские «теоретики» утверждают, что всякий еврей — иудей и сионист от рождения. Раввины и иудейские богословы настойчиво твердят, что быть евреем— значит быть приверженцем иудаизма. Однако никакая казуистика апологетов сионизма и иудаизма не в состоянии опровергнуть тот факт, что презрение к «хагоим»— людям нееврейского происхождения — один из краеугольных камней иудаизма.

Философские концепции иудейских клерикалов трактуют о некой сущности, которая объективно не существует, но является результатом многочисленных причинностей, абсолютным источником еврейской «самобытности*. Иудаизму приписывается уникальная роль, неизменная на всех этапах развития человечества. Специально для этого был создан литературный образ «гонимого народа», якобы «сшивавшего и сшивающего историю человечества красною нитью иудаизма»¹.

Не говоря уже об ортодоксальных иудеях и фанатичных сионистах, официальные основы всей жизни в Израиле строятся на «священных» и «вечных» книгах. Перетряхиваются и перетолковываются заново иудейские древности. Улицы и гостиницы получают древнееврейские названия. Даже летосчисление в соответствии с древними мифами ведется от «сотворения мира», и, скажем, 1972 г. должен обозначаться как 5732 г. по иудейскому летосчислению.

Раввинат Израиля пересматривает молитвенник с целью его приближения к самому древнему, патриархальному молитвеннику. В Израиле узаконены варварские религиозные обычаи и традиции, унижающие человеческое достоинство. Все воспитание носит религиозный характер. Кроме того, действуют специальные религиозные детские сады, школы и даже религиозный университет. Такие предметы, как иврит, естествознание, география, история, преподаются на основе специальных учебников, составленных раввинами.

С момента образования государства Израиль на его территории было запрещено преподавание полного курса медицины, так как вскрытие трупов противоречит иудейскому догмату о воскрешении мертвых. Лишь в конце 1953 г. Верховный раввинат дал согласие на принятие закона, согласно которому объектом анатомических исследований могут быть трупы лиц, давших на то свое согласие перед смертью, и если против вскрытия не возражают ближайшие родственники покойного¹. Однако реакционные силы продолжают выступать против аутопсии, организуя время от времени демонстрации протеста у здания кнессета.

В государственных религиозных школах за преподаванием закона божьего наблюдает совет по религиозному воспитанию, в который входят 12 раввинов и лишь 2 представителя министерства образования.

Однако и в общеобразовательных школах религиозный дух пронизывает весь учебный процесс. Изучение Торы здесь также обязательно. По количеству часов учебной программы преподавание религиозных дисциплин соперничает с математикой. За последние годы в учебных заведениях Израиля преподаванию этих дисциплин уделяется все больше внимания. Достаточно сказать, что из 1055 учителей, подготовленных в Израиле в 1965 г., 307 было направлено в общеобразовательные, а 502 — в государственные религиозные школы[60]. Само собой разумеется, что религиозное воспитание осуществляется за счет государства, в том числе и на деньги неверующих налогоплательщиков.

Повсюду вывешиваются плакаты, требующие выполнения ортодоксальных предписаний раввината. Религиозными нормами регламентируется жизнь военнослужащих. Особое внимание уделяется соблюдению субботы («шаббата»), когда каждый еврей должен все свое время посвятить чтению Торы.

С момента захода солнца в пятницу и до появления на небе трех вечерних звезд в субботу жизнь замирает: закрываются магазины, театры и кино, прекращается движение общественного транспорта, разгрузка судов в морских портах. Передвижение на личном транспорте официально не запрещено, но оно небезопасно в районах проживания ультраортодоксальных верующих, которые могут безнаказанно забросать автомобиль камнями. Клерикальные круги упорно добиваются принятия закона о привлечении к уголовной ответственности лиц, нарушающих «святость шаббата».

В 1956 г. клерикалам удалось собрать в Иерусалиме 10-тысячную демонстрацию в знак протеста против первоначального отказа правительства закрыть на время «шаббата» международную промышленную выставку в Хайфе. Правительство Бен-Гуриона не стало портить отношения с клерикалами. Выставка была закрыта.

До какого абсурда могут доходить в своем религиозном рвении иудейские священнослужители, свидетельствуют следующие факты. В 1911 г. раввин И. Шмелькес написал исследование на тему «Можно ли в субботу говорить по телефону и слушать граммофон». Раввин С. И Натанзон разработал трактат о запрещении пользоваться в субботу будильником¹. С тех пор от телефона и будильника наука и техника шагнули к проблемам освоения космического пространства. И вот летом 1964 г. собрание ученых талмудистов в Израиле всерьез обсуждало вопрос о том, как должен «славить субботу» правоверный еврей, довелись ему сесть за штурвал космического корабля[61].

Проблема «святости шаббата» не волнует клерикалов лишь в том случае, если «субботние действия» направлены на достижение библейской заповеди о «великом Израиле». В завершающий период подготовки агрессивного нападения Израиля на арабские страны в июне 1967 г. военный раввинат «во избежание недоразумений и ложных толкований» опубликовал бюллетень, разрешавший в субботу любые действия военного характера. В те же дни раввин города Мерона М. Штерн, закончив субботнюю проповедь в синагоге воинственным кличем: «Слушай, Израиль, ты теперь идешь на Иордан, чтобы овладеть народами!», вывел свою паству на военные работы, объявив их обязанностью правоверных евреев[62].

Израильские клерикалы активно помогали сионистской пропаганде в раздувании военной истерии в стране накануне агрессии. В Израиле уже привыкли к тому, что проповедь милитаризма и расизма является составной частью выступлений духовных наставников, будь то в синагоге или в здании парламента.

Семейно-правовые отношения в Израиле регламентируются Талмудом, низводящим женщину до положения абсолютно бесправного существа. Законным браком и в настоящее время признается только религиозный брак. Крайне отрицательно относятся клерикалы и к смешанным бракам, что создает серьезные затруднения для родителей при регистрации новорожденных.

Взяв за основу клерикальный иудейский принцип, сионисты стремятся к выведению некой «абсолютно чистой» расовой группы евреев в Израиле. Однако правящие круги страны не в состоянии оградить «чистых» израильтян от вступления в смешанные браки и вынуждены в отдельных случаях допускать их. При этом они исходят из того, что путем брака еврейки с «гоем» чистота еврейского племени нисколько не нарушается, наоборот, оно укореняется в чужом лагере. Брак же еврейского юноши с дочерью «гоя», согласно «священным книгам» иудеев, «делает святое семя подлым».

Женщина в Израиле не вправе развестись с мужем, даже если муж ее окажется душевнобольным. Если он отсутствует длительное время и местонахождение его неизвестно, жена не имеет права расторгнуть брак и вторично выйти замуж, и, как правило, за ней не признается право наследования. Согласно религиозным законам, инициатива развода исходит только от мужа. Женщина в лучшем случае может обратиться к раввинам с просьбой побудить мужа «прогнать ее». В случае развода все имущество, нажитое супругами за годы совместной жизни, считается принадлежащим мужу.

В эпоху рабовладения, когда складывались законы, получившие свое отражение в Торе и Талмуде, замужняя женщина в семитских племенах рассматривалась как неотчуждаемая собственность рода своего мужа. Бездетная вдова переходила по наследству к старшему брату умершего мужа. Обряд «отпускания» невестки, известный под названием «халица», стараниями раввинов был восстановлен в Израиле в качестве обязательного закона. Бездетная вдова не имеет здесь права вторично выйти замуж без согласия своего деверя, что весьма часто становится поводом для беззастенчивого вымогательства с его стороны¹.

[58] N. Sokolow. Geschichte des Zionismus. Wien, В. I, S. 16.

[59] «Против антисемитизма». М., 1930, стр. 167.

[60] «Israel Government Year Book, 5726 (1965—66)», p. 101.

[61] В. Frei. Israel zwischen den Fronten. Wien, 1965, S. 42.

[62] О. Kraines. Government and Politics in Israel. Boston, 1961, p. 187.