Впиваю душою отраву отрав.
О, Май ядовитый, языческий Травень!
О, тени друидов, о шёпот лесов!
Тобою пронзен я, тобою изранен,
В крови своей слышу я тёмный твой зов.
Робеет душа, словно путник в тумане,
Ещё своей грёзы не зная лица…
ГЛОСТЕР
Но Джоки Норфолк, пробудись от мечтаний!
Но герцог Норфолк, отомсти за отца!
НОРФОЛК
Дик Глостер, молчи! Пьян я дымкой зелёной.
Твоей лютой злобы я понял слова!
В проёмы бойниц лезут ветками клёны,
И радостный дол заливает листва.
Отродье Тюдоров умрёт не в постели:
В ушах голос мщенья настойчиво тих,
Хоть буйные грёзы весеннего хмеля
Несут меня мимо на волнах своих.
АКТ II
Глухой лес. Норфолк, спешившийся, подтягивает подпругу у коня лэди Джэйн Грэй, которая стоит рядом. Затем помогает ей сесть в седло, чуть задерживая миг, когда её нога опирается на его колено.
НОРФОЛК
Я счастлив бы вечно держать тебе стремя.
ДЖЭЙН ГРЭЙ
К словам моим, герцог, внимателен будь:
Мы сбились с пути, поскакав не за всеми!
НОРФОЛК
Но лэди Джэйн Грэй, не за ними нам путь!
В чащобы друидов, в глухие дубравы,
Где горе не властно, ничтожна беда,