– Я думал, у вас есть.
– Как оно выглядит?
– Это как молния, только маленькая и в розетке. У нас в доме всё от электричества работает, – сжавшись на свой скамье, ответил парень.
– Что ж ты сразу не сказал, что молния нужна. Я хоть и не Перун, но молнию попроще сваять смогу.
С такими словами Яробор взял со стола Андрюшино зеркальце, так что оно осталось лежать на раскрытой ладони. Вторую ладонь поднял, а указующий перст направил на вещицу. В тереме сверкнула ручная молния. Вот только, вместо работы зеркальце сначала задымилось чёрной удушливой гарью, а потом грохотнуло. Стекло разлетелось осколками, заставив хозяина терема поморщиться, а Лугошу взвизгнуть.
– Дурная безделушка, – процедил Яробор.
– В печь её, эту оказию дурную. Что она пугает? – полным обиды голосом произнесла Лугоша, замершая, как изваяние.
– Нет. Дурно провоняется, пироги потом несъедобные печься будут, – ответил лесной бог, кинув вещицу в корыто с золой.
– Мой айфон, – простонал Андрюша так, словно у него последние сапоги отняли. – Вы… вы… вы варвар, – дрожащим голосом произнёс он потом.
– Где взять электричество? – повысив голос, спросил Яробор.
Он уже совсем запутался в этой оказии и готов был схватить парня за шкирку и встряхнуть.
– Электростанция нужна. Но её не купить. Разве что бензиновую.
– Добро. Купим. Прямо сейчас на ночь глядя пойдём и купим. А ты сделаешь.
– Я не умею, – проканючил Андрюша, – но там ещё сеть нужна.
– Силки на пе́репела сгодятся?
Парень мелко-мелко затряс головой, мол, нет.
– Интернет, – проблеял он, наконец.
Яробор зло схватил ларец с ценностями в одну руку, схватил за ворот второй недотёпу и прямо в избе поднял туман. Тут же и шагнули прото́ренной дорогой.
Колпак пустил беспрепятственно, словно запомнил. И посему очутились они прямо посреди той оживлённой улицы, где в трактир ходили.
Тут Яробор и ахнул. Он же думал, мол, вынырну во тьме ночной, никто и не узрит, но город весь утопал в огнях самых разных, светло как днём было. Всяко окошко полыхает, всяк столб солнышко своё имеет. Кареты, и те огнями сияют.
– Лепота-то какая, – послышался сзади голос Лугоши.
Яробор вздохнул и обернулся. Тут всей честной толпой были. И ручейница, и По́седень. Даже анчутки прятались под ногами Лугоши, которая уже стыдливо краснела, оттягивая вниз футболку к шортам. Разве что футболка была такая же, как и сарафан – незабудковая.
Народ, что шёл по своим делам, ахнул и разом отпрянул, но шибче всего от седого медведя. Яробору даже обидно стало. Он-то поопаснее дикого зверя будет.
– Дурные, – пробасил бер.
– Это вы дурные. Пошто за мной увязались? – громогласно спросил лесной бог.
– А пошто нам взаперти сидеть, дядька? – упёрла руки в боки Лугоша, – Где хотим, там и ходим. Ты лучше ответь, где этого мастера будем искать, что искричество наладит?
Яробор подумал немного, не желая в грязь лицом упасть, а потом достал из мошны своё зеркальце-фон и протянул Андрюше, который согнулся в три погибели и тяжело дышал. Изо рта тянулась тонкая струйка слюны, словно он ягодой отравился, и его выворачивать тянуло. Слаб желудком парень через туман ходить.
Парень затравленно уставился на лесного бога и сглотнул тягучую слюну.
– Позови на помощь Искорку. Она сказала, что можно её так найти, через моё зеркало, – приказал лесовик, сверля взглядом своего новоявленного дьяка.
Парень ещё раз сглотнул и взял вещицу, несколько раз ткнув в посветлевшее стекло.