— Да полно тебе. Мирные жители разбежались по лесам и забились по подвалам, остались лишь комбатанты. И ваша совесть чиста будет, и мои чаяния принесут плоды. Наслаждайтесь красивым шоу.
— А как же переговоры?
— Снесем защиту, там и поговорим. Бурбурка не против.
— Вы с ним за моей спиной сговорились?
— Разумеется, — широко улыбнулся бес. — Он жаждет мести, я дам ему то, что он хочет.
— Привык души скупать, — зло сплюнул я на землю. — Тебе бы политиком стать.
— Я и так политик и рвусь к карьерной вершине что есть сил. Вот сейчас организовываю плацдарм своей собственной империи. Это будет гвардия моего портала, стражи прохода меж мирами.
Я стиснул зубы, готовый ударить его в лицо. Бес — он всегда бес.
— Егор! — Голос Александры заставил меня вернуться от нервной душещипательной беседы с Мефистофелем в реальную жизнь.
Она подошла к БМП и водила руками над броней, сканируя то, что скрыто от внешнего мира под железом машины, раскрашенной черной эмалью и позолоченными узорами, и чарами Луники. Я беглым взглядом окинул нашу стоянку. Нарони аккуратно стащили один брус и теперь тянули другой. Ангелина материлась как сапожник, когда они царапали откинутый борт, но не помогала и не мешала, словно решив следить за соблюдением правил миротворческих операций. Даже не слышно было упреков, что это не наша война и что меня нужно постоянно опекать. Вспомнилось, как она вздохнула и буркнула, мол, выбираем из двух зол меньшее. Оксана вылила на себя воду из фляги, как всегда делала перед боем или выполнением сложной задачи, и теперь открыла люк и прилаживала пулемет на кронштейн. Света едва уловимой тенью обежала машину по кругу, откинув застрявшие веточки и листья с брони и заглянув под днище, а потом уселась на место, достав темные очки.
Я подошел к Бельчонку.
— Там что-то есть, — тихо произнесла она.
— Думаешь, Луника что-то утаила?
— Не знаю, но там что-то знакомое.
Я постучал по броне:
— Открывай!
Щелкнули кормовые двери. Одна из них беззвучно отворилась, и мы одновременно заглянули внутрь. А там сидели две девушки, неотрывно глядя друг на друга: черная обнаженная кукла демона ночи, оставшегося от угасшей империи майя, и трясущаяся от страха Имиринка. А еще в глубине едва заметно шевелился здоровенный мохнатый паук, словно тарантул в норе. Сестра Такасика сидела, обхватив руками колени, и мелко дрожала. Пальцы ее сжимали кинжал, тот самый, из-за которого ее высекли до полусмерти.
— Имиринка, — тихо позвал я девушку, но та не реагировала. — Имиринка, — еще раз произнес я, а потом, протянув руку, тихонько дотронулся до ее плеча.
Дочь лорда вздрогнула и с судорожным вдохом-стоном резко повернула голову ко мне. Она замерла на пару секунд, а затем так же быстро опустила голову, уставившись на стиснутый в тонких пальцах кинжал. Имиринка сдавленно заскулила и разжала ладонь, позволив ножу упасть на пол боевой машины. Она поджала ноги еще сильнее, словно не клинок был перед ней, а ядовитая гадина.
— Я не хотела, я больше не буду, не надо, пожалуйста, — залепетала она, подняв глаза на меня. — Пожалуйста, не надо больше кнута, я больше не буду. Я просто хотела посмотреть на то, как отомстят за братьев. Я не хотела, я нечаянно. Я хотела… а тут это… а тут темно… Я больше не хочу!.. — Под конец своей сбивчивой речи юная леди разразилась надсадным плачем.
— Мы никому не скажем, — почти шепотом произнес я.
— Честно-честно?
— Да.
— А заветы предков?
— Мы не ваш народ. На нас заветы не распространяются.
Я снова протянул руку, но Имиринка не тронулась с места. В ней читался ужас. Ужас наказания, ужас перед безумным Великим Домом, убивающим болью кого пожелает. Этот ужас был сильнее, чем страх перед огромной тварью, взирающей из глубины механической пещеры восемью бездонными, как колодцы, очами. Сильнее, чем страх перед черной девой, молча сидящей напротив. Сильнее, чем страх тьмы, которой никогда не бывает в этих краях.
— Не бойся нас, — тихо вторила мне Александра, но от ее неподвижных слепых глаз было не по себе непривычному собеседнику.
— Смотри, что у меня есть, — произнесла подошедшая к нам Береста, медленно достав из чехла во внутреннем кармане волшебную палочку.
Глава 30
Штурм
Солдаты натягивали трос баллисты. Технические усовершенствования, привнесенные бесом, позволяли сделать это быстро и малыми силами. И посмотреть действительно было на что. Орудие посадили на роликовые подшипники и червячную передачу, а один воин крутил ворот. Угол наклона высчитывался по таблице с использованием отвеса и пузырькового уровня. Чудесное сочетание несочетаемого.