— Хлеб-соль, — сказал Федор. Он подошел к столу, подставил табуретку, сел.
— Что скажешь, служивый? — не совсем вежливо спросил тощий мужчина с продолговатым лицом, расстегивая верхнюю пуговицу белой косоворотки.
Мужчины знали, что на станке остался ночевать проезжий милиционер. Но какого лешего он ввалился к ним не спросясь?
— А что бы ты хотел от меня услышать? — добродушно осведомился милиционер. — Не нальете рюмочку?
Второй мужчина, бритоголовый, широколицый, налил рюмку. Федор опрокинул ее, налил себе вторую, опять выпил и, хрустя огурцом, заметил:
— Порядочные люди в карты дуются, а вы водку хлещете. Какой интерес?
— Играть резонно на золотишко, — басом ответил третий, с окладистой темно-русой с проседью бородой. — А не на бумажки.
— А почему бы не сыграть, скажем, на оружие?
— На оружие?.. — Бородач повернулся к милиционеру всем корпусом и посмотрел на него как на сумасшедшего. — А на леший оно нам, оружие?
— Большевиков бить. — Сказано это было до того обыденно, что бородач чуть не поперхнулся. Милиционер засмеялся: — Чего глаза-то вылупил? Не гляди, что на мне форма. Я — ваш.
Бородач тонко захихикал:
— Ой, хитрец, елки-моталки… Ваш… Так мы не ваши. Вот схватим тебя и в ЧК. Будешь знать!..
— Ой, испугал!.. — Федор еще громче рассмеялся. — В ЧК вместо меня тебя же в кутузку посадят и так прижмут, что сразу во всем признаешься. Я ведь вижу по твоей физиономии — кулак ты или купец, Советскую власть ненавидишь… не перебивай меня…
— Замолчи, служивый!.. — рявкнул тощий и, перейдя на шепот, зашипел — Ты что?.. Хочешь, чтобы всех нас?..
Федор тоже понизил голос до шепота:
— Купите у меня оружие, люди добрые, а?.. Все будет шито-крыто. Ну, купите!..
Бородач дрожащей от волнения рукой стал поглаживать бороду, потом взъерошил ее и спросил:
— А ты не тово?..
— Чего тово?.. — не понял Федор. — Говори толком. Ты что, опасаешься? Да чтоб мне с места не сойти!..
— У тебя небось целый арсенал? — полюбопытствовал бритоголовый.
— Арсенал не арсенал, но кое-что имеется.
— А что именно? — Бородач упрятал бороду в кулак. — Пулеметы?
— Есть и пулеметы.
— Сколько?
— Три штуки.
— Винтовки?
— Сто сорок две штуки. Новенькие. И двести ящиков патронов.
— Сколько просишь за все?
— Два пуда золота.
— Да ты что, милый? — Бритоголовый уставился на Федора ястребиными глазами. — Два пуда…