Гудзинский закричал в переговорную трубу:
— Эй, на борту! Вы кто такие?
— А вы кто такие? — закричали в ответ.
— Именем Советской власти приказываю сложить оружие! — повысил голос Гудзинский.
— Так мы тоже красные! — отозвались с борта. — Пришлите своих представителей.
Гудзинский приказал Федору и Джемалдину сесть в лодку и плыть к пароходам.
Федор оставил Джемалдина в лодке, а сам поднялся на борт ближнего парохода. Его встретил пожилой, рослый человек в кожаной тужурке, с маузером. Он уставился на Федора серыми глазами и сказал:
— Ну, рассказывай, кто вы такие?
— Отряд Гудзинского. А вы?..
Человек в тужурке крепко схватил за руки Федора, притянул к себе:
— Гудзинский, говоришь, Алешка? Наш!.. Братва, наши! — закричал он на всю палубу. — Поднимай флаг!
По мачте вверх тут же скользнул красный флаг, затрепетал на ветру.
— А я — Столяров, — тыча себя в грудь, представился человек. — Столяров. Слыхал о таком?
Федор не слышал о Столярове.
— А мы думали, в Бодайбо еще Керенский. Торопились. Оказывается, без нас обошлись! — возбуждено шумел Столяров. — Ну-ка, вези меня к Алешке. Мы с ним старые друзья!
Вскоре Столяров и Гудзинский мяли друг друга в объятиях и восклицали:
— Вася!..
— Алешка!..
— Сколько лет, сколько зим!..
— Не ждал подмоги?..
— На каком ветру ты так, браток, задубел? — разглядывая друга, спросил Гудзинский.
— На том, что и ты, дружище, на революционном!
— Далеко ли путь держишь, если не секрет?
— В Якутск, — ответил Столяров, — Советскую власть устанавливать. А по пути решили сюда заглянуть, помочь пролетариям.
— Ну и мы в Якутск собрались.
— А тут кого оставляешь?
— Человек сорок наших останется.
— Мало, — хмурясь, заметил Столяров.
Командиры отрядов пошли в каюту совещаться.
На следующий день весь отряд Гудзинского, состоящий из четырехсот пятидесяти штыков, и сотня бойцов из отряда Столярова разместились на «Гонце», «Революционном» и «Диктаторе» и взяли курс на Якутск. Остальные бойцы Столярова остались в Бодайбо.