— Вы кто, красные? — спросил он.
— Красные, — улыбаясь, ответил молодой вихрастый красногвардеец.
— Я сразу догадался, что красные! А знаете почему? Урядник с казаками сбежали.
Гудзинский пригладил вихры на голове подростка:
— Вот что, орел, можешь показать, где живет этот ваш урядник? У нас к нему дело.
Красногвардейцы степенно пошли в село. Семенчик подвел их к дому урядника.
Петухов не сразу открыл. И только когда в дверь стали бить прикладом, хозяин загремел засовом:
— Вам кого?
— Урядника.
Петухов развел руками:
— Простите, вы ошиблись домом…
— Вы разве не урядник?
— Боже сохрани! — замахал руками Петухов. — Я крестьянин, местный житель.
— Врет все, — сказал Семенчик. — Урядник он.
— Вас опознали, господин Петухов, ничего не поделаешь. — В голосе Гудзинского звучала издевка. — Обыскать, или сами сдадите оружие?
— С кем имею честь? — пролопотал Петухов непослушными губами.
— Перед вами — большевики, господин урядник.
Торопясь, спотыкаясь, вытаскивал Петухов припрятанные наган, шашку и винтовку.
— Вот и все, что имеется…
— А у казаков что, палки? — строго спросил Гудзинский. — Сейчас же всех разоружить. Винтовки, шашки, револьверы, патроны — все снести к причалу. Срок — один час.
— Слушаюсь, господин э-э… Будет исполнено.
Гудзинский протянул Семенчику наган Петухова.
— Это тебе, бить буржуев. Бери, бери…
Оторопевший Семенчик потерял дар речи. Если бы Гудзинский не протягивал ему оружие, он не поверил бы своим ушам.
— Научи его обращаться с оружием, — кивнул командир высокому чернобородому красногвардейцу и повесил Семенчику на плечо кобуру. — Помни: это не игрушка.
— Поступай к нам в отряд, — подал мысль чернобородый.
— А что, — поддержал Гудзинский. — Сколько тебе лет?
— Восемнадцать, — солгал Семенчик и покраснел.
— Прекрасно. — Лицо Гудзинского стало серьезным. — Зачислить его в отряд.
…Семенник влетел в комнату, придерживая руками кобуру. Майя только что вымыла пол и расставляла мебель. Купчиха, жена Шарапова, лениво бродила из комнаты в комнату, сладко позевывая. С годами она еще больше раздобрела. Но лицо было таким же моложавым. В глазах у нее появился какой-то хищный блеск, как бывает у молодых вдов. Одета она была в узкий, короткий сарафан немыслимого покроя. С некоторых пор купчиха перестала стесняться, часто разгуливала по дому полунагая. Поначалу Майя, глядя на бесстыжую хозяйку, выходила из себя, — боялась, что это дурно будет влиять на Семенчика, — но потом, видя, что Семенчик обращает на хозяйку внимания не больше, чем на ободранный шкаф с изуродованной резьбой, стоящий в углу, успокоилась. К тому же хозяйка всякий раз выказывала свою неприязнь к сыну батрачки. То в комнату ворвется некстати, когда она разомлеет от духоты и снимет с себя лишнее, то топать начнет перед самым сном. Не нравилось хозяйке и то, что к Семенчику приходят люди писать бумаги.