— А кого вы ищете, господин урядник? — спросил пожилой старатель в заячьей шапке.
— Грабителя. Огромный такой, с одним глазом!
— Видели, господин урядник, видели. На белой лошади только что проскакал. Как Наполеон. Шея у лошади дугой. — Старатель говорил это так, что не поверить ему было нельзя. Даже показал, какая у лошади шея.
Остальные шумно подтвердили.
— Ух ты! — поразился урядник. — В какую сторону он поехал?
— Вон туда, по дороге. А что он сделал, господин урядник?
— Убил золотопромышленника и ограбил кассу.
— Какой наглец! — возмутился пожилой старатель.
Казаки во главе с урядником галопом поскакали по дороге.
Пожилой старатель показал вслед им кукиш.
— Ищите ветра в поле!
Старатели захохотали.
— Наполеон… Белая лошадь…
Троица встретила Федора на перевале. Джемалдин, семеня кривыми ногами, подбежал к нему, стал на колени.
— Я твой раб. Вот тебе мой кинжал.
Спиридонка и Влас молчали.
Федор отстранил руку Джемалдина.
— Не нужен мне твой кинжал.
— Сколько ты взял золота? — хмуро спросил Влас.
— С полпуда.
— Где золото? — Тонкие губы Власа задрожали.
— Отдал старателям. А вот это наша доля. Тут фунта три.
— Осел! — закричал Влас, брызгая слюной. — Осел, тупица, круглый дурак! Иисуса Христа из себя корчит! Отдать столько золота!.. Ради чего башкой рисковал?!
Федор взял Власа за грудь и затряс так, что у того с головы слетела шапка.
— А зачем тебе одному столько золота? Фризером хочешь стать? Так я тогда первым душу из тебя вытряхну и в землю закопаю! Да, отдал и буду отдавать! Делиться так делиться!..
Спиридонка, который все время молчал, подошел к Федору и поклонился:
— Среди нас ты самый смелый и самый честный. Тебе и быть атаманом.
— А я ухожу! Смотреть на вас, юродивых, тошно! — задыхаясь от бешенства, крикнул Влас. — Вернусь к Сеньке!
— Вольному воля, — любимыми словами Власа ответил Спиридонка.
IV