— Какой работы? — Тихонов недоуменно пожал плечами. — Я тебя впервые вижу.
Если бы Федора ударили плетью по лицу, он бы меньше был ошеломлен, растерян, удивлен.
«Да ведь вы час назад пообещали мне работу», — хотел сказать Федор, но не посмел, продолжал стоять, ловя ртом воздух. Пол куда-то уходил из-под похолодевших ног.
Иван Иосифович вкрадчиво кашлянул, провел пальцами по усам и заискивающим голосом сказал:
— У нас лесовозов, Павел Данилыч, маловато. Поразъехались кто куда… Может, этот парень нам подойдет?
Тихонов грозно посмотрел на своего конторщика, но промолчал. Он считался с Иваном Иосифовичем, уважал за то, чего ему самому не доставало, — за грамотность и уменье изъясняться по-русски. Тихонов поручал своему конторщику вести с хозяевами приисков деловые переговоры о поставке леса, производить сложные расчеты и не имел основания быть недовольным. Но Тихонов любил покуражиться. Он наслаждался, когда люди унижались перед ним, заискивали.
— Хвост-то у тебя большой, или ты один? — громко спросил Тихонов у Федора, словно тот был глухой.
Федор ответил, что с ним в тайгу приехала семья, жена и ребенок, которых нечем кормить. Они умрут от голода, если он не получит работу.
Тихонов сидел, развалясь в кресле.
— Работать будет один, а кормить надо троих, — сказал он, обращаясь к конторщику. — А жить где будут?
— Не извольте беспокоиться, Павел Данилыч, — ответил, конторщик, — я позабочусь о семействе.
— Каким образом?
— Пристрою его жену у других людей. Прислуги нужны.
— Этот парень кто тебе — брат, сват? Что ты о нем так печешься?
— Земляк. Мы земляки, Павел Данилыч.
Тихонов сладко зевнул.
— Ну, коли так, пусть будет по-твоему. Ступайте. Вели никого ко мне не пускать. Надоели.
Иван Иосифович потоптался минутку и спросил:
— Стало быть, берем, Павел Данилыч?
Тихонов уже дремал. Но он, видимо, услышал вопрос, потому что утвердительно кивнул головой.
Конторщик и Федор вышли из комнаты на цыпочках. Иван Иосифович пригласил Федора в свою комнату, напоил его чаем и выдал в счет будущего заработка десять рублей. Федор был на седьмом небе от радости.
Вечерело. Иван Иосифович стал уговаривать Федора не идти обратно, на ночь глядя, остаться у него до утра. В тайге полно грабителей, не ровен час, встретятся по дороге.
Был большой соблазн прилечь и отдохнуть после стольких треволнений, но его ждет Майя. Если не вернется к ночи, она будет волноваться. Кроме того, они сидят там голодные.
Федор не послушался совета Ивана Иосифовича, спрятал за пазуху деньги, перекрестился на дорогу и заспешит обратно.
…Как только Федор вышел из барака, Стеша подошла к Майе, внимательно оглядела ее с ног до головы и спросила по-русски:
— Кам тебя зовут?
Майя покраснела:
— Майя.
— Какая ты хорошенькая, как майский цветочек, — сладенько заговорила Стеша. — Потому и имя у тебя такое… Майя.
Майя еще больше смутилась, опустила глаза. Ей понравилась Стеша, но она ни за что никогда ей об этом не скажет. Только бы глаза не выдали.