— Сейчас тебя сменим.
— Давай… иык… наполнили свои утробы! Иык…
— Да ты пьян, скотина? Ну обожди — я тебе дам… — угрожающе проговорил человек на крыльце, повернулся и исчез в помещении.
— Ну, живо! — Жердев распахнул калитку. — Не шумите!
В два прыжка он оказался у крыльца, на ходу выхватывая из кармана гранату. К двери подошел, ступая на носки. У Артема сжалось сердце. Он зачем-то пошарил на рубашке пуговицы… Дверь распахнулась… Жердев с наганом в одной руке и гранатой в другой встал у порога.
— Руки вверх!
Люди повскакали из-за стола.
— Руки вверх, паразиты, не шевелитесь!
У стола с тарелкой в руках стояла Любка, бледная, без кровинки в лице. Она тоже подняла руки вместе с тарелкой.
— Обыщи их, Артем, — приказал Жердев.
Артем взял винтовку под мышку, не спуская пальца с курка, шагнул к столу. И вдруг кто-то из анархистов ударил ногой в стол, он опрокинулся. Загремела посуда, упала и разбилась лампа; залитая керосином, ярко вспыхнула скатерть, хлопнул револьверный выстрел. Кто-то прыгнул в окно на улицу, там началась возня, потом послышались приглушенные стоны. На подоконник легли стволы винтовок.
В неровном пляшущем свете от горящей скатерти метались люди. Стреляли. Жердева Артем не видел. Сам он стоял в углу. Его не замечали. Когда к нему кто-нибудь становился спиной, Артем бил прикладом по голове. Мимо, прижимая к груди залитую кровью руку, пробежала Любка. За ней с наганом в вытянутой руке — командир анархистов. Артем выстрелил. Анархист упал.
— Сдавайтесь, сволочи, или мы перебьем всех вас! — прогремел голос Жердева. Анархисты стали поднимать руки. В помещение вошли красногвардейцы. Артем затоптал догоравшую скатерть, содрогаясь от отвращения, перешагнул через труп бородатого, прошел к кухонному столу. Здесь в полутьме кто-то сидел и плакал, всхлипывая по-ребячьи.
— Кто тут? — спросил Артем.
— Я это.
— Ты, Люба? Ты ранена?
— Не знаю. Рука болит.
— А лампа у тебя есть еще одна?
— Есть. Посмотри под столом. Она с керосином.
Артем зажег лампу, повесил ее на гвоздь в стене. Красногвардейцы уже разоружили анархистов. На полу, залитом кровью, лежали четверо убитых.
— Кто у вас главный? — тяжело дыша, спросил Жердев, засовывая наган в карман шинели и садясь к поставленному на место столу.
Анархисты молчали.
— Ну?
— Вот он, наш начальник, на полу…
— Введите-ка того прыгуна, — приказал Жердев красногвардейцам. Приведенный со двора человек был бледен, глаза его испуганно блуждали.
— Вы нас расстреляете? — спросил он у Жердева.
— Не, на второвские дачи отправим! — усмехнулся Жердев. — А пока отвечай, коротко и ясно. Где будет митинг? Когда? Кто его собирает?
— Митинг будет завтра. Кто собирает, нам неизвестно. Что за митинг, мы тоже не знаем. Мы обязаны арестовать руководителей Совета и разгромить Красную гвардию. Нам должны были помочь солдаты Березовского гарнизона.
— Что ты мелешь? — Жердев схватил анархиста за плечо. — Кто тебе это сказал?
— Этот вот! — анархист пнул ногой труп остролицего незнакомца с бородой.