— Стэн, — попросила она. — Возьми меня. Я буду за тобой приглядывать.
— Нет.
— Но я же не прошу познакомить меня с Дэйзи, если ты об этом думаешь. Я и мечтать не смею о подобной просьбе. Она ведь принадлежит к высшему обществу. Я даже на глаза ей не покажусь, Стэн. Я просто хочу быть там, чтобы приглядеть за тобой. Понимаешь?
— У нас нет денег на автобус.
— Я могла бы одолжить немного. У старой леди, которая живет в квартире напротив. Я знаю, у нее кое-что отложено, и она мне не откажет. Она меня любит, Стэн, говорит, что я очень похожа на ее младшую сестру, которая умерла в прошлом году. Я думаю, что она, учитывая это сходство, даст немного денег, их как раз хватит на автобус. Так как, Стэн?
— Ни за что. Держись подальше от этой старухи. Натуральная змея.
— Ну ладно. Может, нам тогда поехать на попутных?
По ее нерешительному тону и раздумьям он легко догадался, что она никогда не добиралась автостопом, и подумал, что подобное путешествие пугает ее не меньше, чем мысль о том, как он поедет в Сан-Феличе без нее и попадет в очередную переделку.
— Нет, Мюриэл. Автостоп не для леди.
Она посмотрела на него с большим подозрением:
— Все дело только в том, что ты не хочешь брать меня с собой. Ты опасаешься, что я помешаю тебе, когда ты соберешься снять очередную потаскушку-официантку…
— Я никого не снимал, — голос Филдинга звучал тем резче и тверже, чем лживее был ответ. Он действительно направился в кафе с целью найти девчонку, но об этом никто не подозревал (за исключением Мюриэл, которая подозревала всегда). Он так и не успел привести свой план в исполнение — муж вошел в кафе сразу же, он даже не имел возможности задать ей вопрос, хотя бы выяснить, та ли женщина ему попалась или надо искать новую. — Я пытался защитить молодую женщину, подвергшуюся оскорблениям.
— Как-то странно получается. Ты можешь защитить кого угодно, кроме себя самого. Ты можешь защитить весь этот чертов мир, а одного-единственного Стэна Филдинга, который более всех нуждается в защите…
— Ну хватит, Мюриэл. Не надо продолжать.
Он подошел к кровати и сел рядом с женой.
— Положи голову мне на плечо. Вот и умница. А теперь послушай. В Сан-Феличе у меня неотложное дело. Я еду совсем ненадолго. Максимум до завтрашнего вечера, если все будет хорошо.
— Что все? И почему может быть нехорошо?
— Дэйзи и Джим могли куда-нибудь уехать на уик-энд или что-то еще в этом роде. Тогда я буду должен задержаться до понедельника. Но не надо обо мне беспокоиться. Хоть ты не слишком высокого мнения о моей способности защитить себя, я могу о себе позаботиться.
— Конечно, можешь. Когда трезвый.
— Я и собираюсь оставаться трезвым. Вне зависимости от того, сколько раз за свою жизнь он давал подобное обещание, Филдинг до сих пор ухитрялся вкладывать в него столько убежденности, что начинал верить сам. — На этот раз ни капли. Если только, естественно, мой отказ не будет выглядеть слишком вызывающе. Тогда уж я соглашусь принять один, повторяю, один стаканчик и растяну его на весь вечер.
Она прижалась к нему с такой силой, словно пыталась оставить у него на плече отпечаток своего лица, который отправился бы с ним в путешествие и оберегал бы его вместо нее от всех напастей, угрожающих ему в тот момент, когда он будет защищать остальных.
— Стэн.
— Да, любовь моя.
— Не напивайся.
— Я ведь уже сказал, что не буду. Никаких выпивок, если только одну рюмку, чтобы не выглядеть вызывающе.
— Например?
— Скажем, Дэйзи пригласит меня к себе и откроет бутылку шампанского, чтобы отпраздновать.
— Отпраздновать что? — прислонившись к его плечу, она не могла видеть, как на его лице неожиданно появилось мрачное выражение. — Так по какому поводу праздник, Стэн?
— Ни по какому, — ответил он, — ни по какому.
— Тогда почему она должна открыть шампанское?