— Не думаю. По правде сказать, я убежден, что все это дело с могилой скоро канет в Лету.
— Как это?
— А так. Это может кончиться только так. Она пытается сделать невозможное.
— Почему ты так уверен, что это невозможно?
— Потому что я попытался сделать то же самое. Меня заинтриговала сама мысль выбрать наугад день из прошлого и восстановить его. Если бы речь шла только о деловой встрече, я бы посмотрел свой рабочий блокнот. Но здесь-то речь шла о личных делах. Как бы то ни было, в понедельник вечером, уложив детей, мы с Фрэн попытались сделать нечто подобное. Для того чтобы выбрать совершенно случайный день, мы наугад ткнули ручкой в один из календарей. И ют, у Фрэн ведь великолепная память, кроме того, она ведет записи на всех детей, хранит детские книжки, записки из школы, рисунки и все остальное. Но мы не смогли продвинуться даже на один шаг. Уверен, Дэйзи ждет то же самое. Это только на первый взгляд кажется очень простым делом. Но после того, как Дэйзи несколько раз обожжется, она потеряет интерес и бросит свои разыскания. Так что дай ей позабавиться. А лучше поучаствуй вместе с ней.
— Как?
— Попытайся вспомнить сам, что было в этот день. Я, например, забыл все начисто.
— Если даже ты не продвинулся ни на шаг, что же должен делать я?
— Ничего. Просто подыграй ей.
— Не думаю, что Дэйзи можно обмануть, — сухо заметил Джим, — может, мне лучше чем-то отвлечь ее внимание, взять ее, скажем, с собой в поездку. В конце недели мне нужно поехать на север, посмотреть клочок земли в округе Марин. Я возьму Дэйзи с собой. Ей всегда нравился Сан-Франциско.
Он переговорил об этом с Дэйзи вечером, перед самым ужином, подробно описав ей всю поездку: обед в роскошном мотеле, остановка в экзотическом ущелье, ужин в прекрасном ресторане, спектакль в одном из самых замечательных театров и так далее. Она посмотрела на него так, словно он предложил ей путешествие на Луну в космической ракете, выигранное по вкладышу из коробки кукурузных палочек.
Отказ прозвучал резко и откровенно, без обычных для нее раздумий:
— Я не могу.
— Почему?
— У меня важное дело.
— Какое именно?
— Я занимаюсь, скажем так, исследованием.
— Исследованием? — Он произнес это слово так, словно оно звучало на другом языке. — Я несколько раз пытался поговорить с тобой по телефону, но тебя снова не было дома. Все дни недели ты отсутствуешь дома днем.
— Между прочим, с начала недели прошло всего три дня.
— Ну и что?
— Ужин и завтрак я подаю тебе вовремя, — возразила она, — в твоем доме полный порядок.
Легкий, но ощутимый нажим, сделанный ею на слове «твой», резанул Джиму ухо, словно она собиралась куда-то выехать и более не желала иметь ничего общего с их жилищем.
— Это наш дом, Дэйзи.
— Хорошо, наш дом. В нем полный порядок?
— Да, конечно.
— Тогда почему тебя беспокоит то, что я выхожу, когда ты на работе?
— Это меня не беспокоит, я волнуюсь за тебя. Дело не в том, что ты выходишь, а в твоем отношении.
— Что тебе не нравится в моем отношении?
— Неделю назад ты не стала бы задавать этот вопрос, особенно в таком тоне, словно ты хочешь со мной разругаться… Что с нами происходит, Дэйзи?
— Ничего.