– А чего приехали? – Донкат обвел взглядом всю четверку.
Пенёк заговорщически поманил Степу к себе. Донкат наклонился поближе.
– Да понимаешь, – шепот Пенька тихим назвать было сложно. – Пиво у нас на крейсере кончилось. До магазинов далеко, а Сергей Петрович возьми да вспомни, что тут неподалеку бар один есть…. Ай!
Пенёк весело скривился от удара кулаком в бок.
– Вот паразит, – ухмыльнулся наказавший его Донкат. – Тебе все шуточки. Приехал тут в провинцию, издеваешься над неторопливыми людьми….
– Да уж, – фыркнул Кирилл, – наслышан я как вы с Декстером тут неторопливо расслаблялись … на Технократии. Вся ФАФ на ушах стояла.
– А уж мы-то на чем стояли…, – Степу передернуло. – Я до сих пор как вспомню, так вздрогну.
Он сделал глоток пива, как будто запивая воспоминания.
– Ну да, – подал голос из своего кресла Соловей. – Ты еще скажи, что тебе с тех пор услуги психоаналитика понадобились.
– Что-то вроде того, – ухмыльнулся Степа. – Правда, надо отдать должное ФАФ. Наградные за ту операцию тоже вышли такие, что на аналитика вполне хватает. Каждому, по два раза…. Аж отдавать жалко….
Соловей сверкнул короткой улыбкой, и кошка, пробежавшая между ними всеми в начале встречи, благополучно сдохла. Вечер встречи пообещал, наконец, начаться. А фаэтовцы? Да что фаэтовцы, сидят себе и сидят. Соловей в курсе – и ладно.
За веселыми разговорами и короткими воспоминаниями прошло двадцать минут, три сигареты и еще один бокал пива. В кабинете заклубился сигаретный дым, фаэтовцы оказались не такими уж и буками….
Дверь кабинета распахнулась и все повернулись в сторону появившейся на пороге огромной фигуры, почти скрытой внушительной корзиной, из которой проглядывали горлышки бутылок, торчали упаковки….
– Ну что, начнем вечер? – погудел голос сакса откуда-то из-за корзины.
Глава 20
Степу отдельно порадовали лица фаэтовцев, которые попытались уложить в картину своего мира заявление о том, что вечер только пора начинать. Ха, знай наших. Не куда-нибудь – на Изюбр, в «Мамкин валик» приехали….
– Мистер Декстер! – Пенёк выскочил из-за стола навстречу саксу.
– Пенёк! Пропажа! – от рева сакса, казалось рухнет потолок.
Кирилл подлетел к Шойсу и они закружились вокруг корзины, не зная, как с ней быть. Выручил Степа.
– Пенёк, пропажа! – Декстер облапил космоштурма и невысокий Пеннек просто потерялся в его медвежьих объятиях.
Откуда-то из их глубины глухо раздались его приветствия.
Наобнимавшись с Пеньком, Декстер направился к Соловью. Облапил и его. Степа, напряженно ожидавший чего угодно, мысленно проклял свою мнительность. Ничего особенного не произошло. Все, как обычно.
– А вот он, – вырвавшись, наконец, от сакса, сообщил Декстеру Соловей, показывая на Донката, – со мной обниматься отказался, между прочим.
Степа расплылся в улыбке, чувствуя неимоверное облегчение. Все его страхи оказывались полнейшей глупостью. Он полез через стол, дабы выказать запоздалые чувства. Выказал.
– Не обращай внимания, командир, – прогудел сакс, довольно улыбаясь. – Это у него от не сложившейся личной жизни. Парнишка становится желчным.
– Что…?! – возмутился до глубины души Донкат.
Пенёк с фаэтовцами заулыбались.
– По твоей вине, между прочим, – Декстер укоризненно посмотрел на Соловья, не давая Степе разогнаться. – Кто у него Селену постоянно забирает? У бедняги недо… хронический.
Донкат поперхнулся.
– Шойс, – сглотнул он, справившись с изумлением, – после таких заявлений, у меня такое ощущение, что я сейчас останусь единственным владельцем этого бара. В связи с трагической гибелью партнера.