Значит, Гилл больше не доверяет ей - поняла Моник. Что, она ведёт себя неестественно? Не так, как раньше?
Холанд повернулась, взглянула ей в лицо:
- Ната ревнует тебя. У неё есть для этого причина? И эта причина в посёлке, да? Тот мужчина, что спас вас?
Моник не собиралась отвечать - пусть Клер думает всё, что угодно. Пытаться возразить, соврать - себе дороже. Интуиция у неё дьявольская, иногда кажется, что она и мысли угадывает.
- Это не моё дело, знаю, - продолжала Клер, - но если тот человек тебе дороже Наты, ты должна ей честно об этом сказать. Я бы поступила так.
Джабира хмыкнула.
- В самом деле? У тебя, должно быть, огромный опыт в любовных делах.
- Я высказала своё мнение. Поступай, как знаешь.
"Да, я поступлю, как знаю" - кивнула своим мыслям Моник и, крепче уцепившись в штурвал, подала его вперёд, заставляя машину идти на снижение.
Их ждали - о своём визите они сообщили в посёлок за полчаса до прибытия. На посадочную площадку внизу вышли трое. Дежурный жёлтым флажком указывал место парковки, какая-то девушка стояла, задрав голову, следила за приближающейся машиной. А третьего Моник узнала даже с высоты двух сотен метров. Третьим был Альментьев.
Девушка - секретарь Сорокина - заспешила навстречу, едва они выбрались из машины, представилась. Насмешливо извинилась, что в посёлке нет транспорт-лент. Но до ратуши не далеко, можно прогуляться пешком.
Альментьев подойти не решился, так и стоял поодаль. Только шепнул в комм: "Привет, Ника! Люблю, целую, бесконечно хочу тебя! Ответь, когда сможешь". Моник кивнула незаметно. Эх, как бы сейчас пригодилось умение разговаривать одними мыслями!
Выложенные цветной керамопластовой плиткой дорожки были чистенькими и аккуратными, газоны вдоль жилых строений - заботливо ухоженными. А всё вместе выглядело ненастоящим, каким-то игрушечным. Может быть, из-за высокого сине-серого, как глаза Илюши, неба над головой? В десять лет родители привезли Моник на Альбион, да и подземные города родного Чико мало отличались от нынешней родины, разве что протяжённостью да глубиной. А такие идиллические поселения под открытым небом она видела раньше лишь в фильмах.
Сорокин ждал их в своём кабинете. Развалился в огромном старомодном кресле за письменным столом, похожем на перевёрнутый шкаф. Навстречу гостьям не встал, махнул небрежно рукой на диван у стены. Джабира вспомнила их прошлую встречу. "Как он нас назвал? Ущербные создания?" Почему-то фраза эта казалась не унизительной, а скорее, снисходительной.
- Здравствуйте, господин председатель, - поздоровалась она первой.
- Взаимно, - Сорокин взглянул на неё, улыбнулся. Узнал. - Без пены вы симпатичнее. Чем обязан визиту?
Моник вопросительно посмотрела на подругу - инструкциями та не поделилась. На всякий случай представила её Сорокину и замолчала, выжидая. Председатель подозрительно скользнул по Холанд взглядом и опять повернулся к Моник. Демонстрировал пренебрежение к руководству лаборатории?
Клер и вида не подала, что заметила эту демонстрацию. Поздоровалась, присела на краешек дивана. Ближний к Сорокину. Заговорила:
- Господин председатель, мы прилетели к вам в поисках защиты и поддержки.
Брови Сорокина взлетели вверх в деланном изумлении. Впрочем, сарказмом он не злоупотребил. Озёрный посёлок готов был предоставить убежище гражданам, не нарушившим присягу своему правительству.
Видимо, Сорокин посчитал, что разговор на этом закончен. Но Холанд продолжила:
- Ещё мы бы хотели возобновить нашу научную работу.
- Боюсь, в этом я помочь не смогу, - председатель развёл руками. - Мы не можем выделить вам помещение в экспериментальном корпусе фабрики, и с оборудованием, с энергоресурсами будут трудности. Мы больше не занимаемся фундаментальными исследованиями, знаете ли. Теперь всё это сосредоточено у вас, в городе.
- Но есть же старый институт?
- Озёрный институт? - взгляд Сорокина стал подозрительным. - Во-первых, он законсервирован. А во-вторых, какие исследования вы собираетесь там проводить?
Холанд с сожалением качнула головой.
- Я не могу пока сказать. Это государственная тайна.
- Вот даже как! Ваш руководитель по специальности нейропсихолог, насколько я знаю. А вы? Это ведь не тайна?
- Я теолог-эзотерик.
- Угу, никак, с привидениями контак ищите? - Председатель задумался. - Как я могу знать, не станут ли ваши эксперименты опасными для людей в посёлке? Новой губернаторше они не понравились, да? Что ж, институт всё равно пропадает без пользы, я отдам его в ваше распоряжение. Но при одном условии. С вами будет постоянно находиться наш представитель, - он взмахнул рукой, останавливая открывшую было рот Джабиру. - Нет, Сорокина не годится. Независимый наблюдатель, не из вашей команде. В работу он вмешиваться не будет, его задача - следить, чтобы опыты не оказались чересчур опасными для посёлка. И информировать меня обо всём, что у вас происходит.