Очерк истории Особого комитета по устройству в Москве Музея 1812 года: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Анализ основных тем заседаний ОК проводится в данной работе в соответствии с принятой Комитетом собственной периодизацией по годам деятельности (с 19 марта 1908 года) и позволяет выделить внутренние приоритеты в отношении поставленных задач, их иерархию и динамику.

Первый год. 19 марта 1908 — 19 марта 1909 года. 10

5 заседаний ОК, 6 заседаний ИК.

При создании ОК, прежде всего, необходимо было решить ряд организационных задач, к числу которых относилось и то, что в современной терминологии можно назвать концепцией будущего Музея. Эти вопросы рассматривались на первом заседании 19 марта 1908 года, а также на некоторых последующих. Обсуждались и были приняты предложенные Афанасьевым: программа будущего музея, проект воззвания к обществу и примерная форма подписного листа на сбор средств по всей империи для сооружения Музея 1812 года, а также «главные основания устройства» исторической выставки (которую признали необходимой провести в ближайшее время). Для решения наиболее важных, не терпящих отлагательства вопросов и для подготовки их к обсуждению на общих заседаниях, уже 19 марта 1908 г. была создана Исполнительная комиссия. Почти весь период деятельности Комитета в нее входили председатель, секретарь и 4 избранных открытой баллотировкой члена.

Для осуществления постоянного и четкого учета пожертвований (деньгами и предметами), активно поступавших с первых месяцев работы ОК, была организована Ревизионная комиссия в составе 3-х человек.

На общих заседаниях обсуждались вопросы о приеме новых членов, приглашении иностранных корреспондентов, порядке ведения переписки, условиях найма помещения для канцелярии и разделении обязанностей по ведению «секретарской» и «казначейской» части.

Научно-фондовая работа Комитета в первые годы его существования почти полностью исчерпывалась работой по комплектованию фондов Музея. Оно началось с первого же заседания (антикваром А.К. Ерыкаловым был предложен в дар портрет императора Александра I в рост)11, что вызвало вопрос о принципах комплектования будущего Музея. При этом сразу же выявились разногласия среди членов ОК, не раз возникавшие и впоследствии: коллекционеры, любители эпохи и музейщики, в основном, ратовали за минимальную цензуру и самый широкий прием памятников Эпохи (А.С. Белокуров, А.В. Орешников, П.П. Яковлев и др.), а люди, далекие от музейного дела, но умевшие подсчитывать кубические сажени (архитектор И.И. Поздеев и др.) предлагали ограничиваться лишь предметами, имевшими непосредственное отношение к военным действиям 1812 года на территории России. В этих спорах неизменно одерживали верх сторонники первой точки зрения. Для более точного ориентирования общественности был составлен широкий перечень предметов Эпохи, включенный в текст воззвания Музея12.

Дары, предлагаемые Музею частными лицами и различными государственными учреждениями и общественными организациями, рассматривались, как правило, на заседаниях ИК, а затем (если признавались заслуживающими внимания), вопрос об их приеме передавался в общее заседание. Дарителям выражали благодарность от имени ОК на особых бланках с утвержденным текстом и воспроизведенной подписью Председателя. Если предложенные предметы не интересовали Комитет, или если владелец просил за них слишком высокую цену, предложение вежливо отклонялось. Почти всегда при этом владельцев просили предоставить Комитету фотографии предметов.

С самого начала в состав будущих музейных фондов предполагалось включить часть коллекции члена ОК П.И. Щукина, которая состояла из предметов Эпохи Александра I (хотя вся коллекция Щукина была уже передана Императорскому Историческому музею). Вопрос об этом поднял на одном из первых заседаний сам Щукин. Правда, повлиять на исход дела он не мог, но пытался поддерживать соответствующие ходатайства ОК перед руководством Исторического музея.

Другой член ОК — И.Х. Колодеев — выразил твердое намерение передать Музею свою обширную и уникальную библиотеку, посвященную Эпохе наполеоновских войн, что не раз становилось предметом обсуждения на заседаниях ИК. В силу ряда известных обстоятельств (как внутри империи, так и вне ее границ), а также по причине отсутствия у Музея достаточного помещения и возможности направить компетентного человека для приема книг, передача библиотеки затянулась на несколько лет.13

Наиболее ценными приобретениями, полученными уже в первый год работы ОК, были: обширная библиотека (7 ящиков) по 1812 году генерала В.И. Харкевича, полученная в дар от его вдовы; 20 живописных портретов генералов 1812 года, приобретенных в Мюнхене у потомков художника П. Гесса; походная кухня Наполеона, полученная в дар от графа А.Н. Грабе и др.

Списки поступлений в фонды будущего Музея периодически публиковались в некоторых газетах, соглашавшихся делать это бесплатно, а также — в годовых отчетах ОК.

Порядок приема предметов и их регистрации разрабатывались на заседаниях ИК и утверждались общим собранием. Первое время предметы хранились в различных помещениях храма Христа Спасителя и в музее П.И. Щукина.

Уже на первом заседании ОК было решено в ближайшее время устроить выставку, посвященную Отечественной войне 1812 года. «Основные положения по устройству исторической выставки» были разработаны Афанасьевым и обсуждались на первом заседании; на втором названа желательная дата ее открытия — 25 декабря 1908 года; на третьем избрано Бюро выставки. Вопросы, связанные с подготовкой, работой (после открытия 21 февраля 1909 г.) и ликвидацией (после закрытия 30 апреля 1909 г.) выставки постоянно обсуждались на заседаниях ОК и ИК.

Весной 1908 года от дирекции Русского музея поступило предложение предоставить для выставки серию картин В.В. Верещагина, но большинство членов Комитета отреагировали на это довольно холодно. Вопрос затянулся и решен так не был.

Больше всего времени своих заседаний в первый год деятельности ОК посвящал вопросу о выборе места для сооружения здания Музея 1812 года. Члены ОК очень подробно были ознакомлены с эскизным проектом, составленным архитектором И.И. Поздеевым еще для памятной записки государю при ходатайстве Московской городской думы. Поскольку император сооружение Музея в принципе одобрил, Поздеев уверился в том, что высочайшее одобрение получило также предложенное им место на площади храма Христа Спасителя (напротив его западных врат), и непосредственно сам проект здания. Однако, и место, и проект не вызвали одобрения большей части активных членов ОК, что породило долгие и многословные споры. Только к марту 1909 года удалось достичь некоего компромисса, что стало возможным лишь благодаря консультациям известного архитектора А.Н. Померанцева. Наилучшим местом для сооружения Музея был признан участок земли на улице Волхонке, напротив храма Христа Спасителя, принадлежавший 1-й мужской гимназии. Несмотря на указания отдельных членов Комитета на ограниченность времени и средств для сооружения нового здания, было решено отказаться от приспособления какого-либо из уже имевшихся помещений. В отчете за первый год работы Музея Афанасьев назвал избрание для него места одним из важнейших достижений ОК. Такая оценка, очевидно, объясняется тем, что решение было принято после целого года напряженных споров.

При обсуждении места для Музея не раз поднимались вопросы о сооружении на площади храма Христа Спасителя памятников из отбитых у неприятеля в 1812–1814 годах орудий и памятников императорам Александру I, Николаю I, а также полководцам Кутузову и Барклаю де Толли. Наиболее активным сторонником этой идеи был отставной генерал-майор В.А. Петров, доказывавший, что при отсутствии возможности открыть к 100-летнему юбилею Музей 1812 года, следует озаботиться осуществлением возможного, т. е. соорудить памятники, которые предусматривались еще проектами храма Христа архитекторов А.Л. Витберга и К.А. Тона. Однако это предложение Петрова было признано преждевременным.

ОК изначально занял активную позицию в отношении подготовки к празднованию 100-летнего юбилея Отечественной войны в России. Афанасьев, Глазов и другие его члены считали, что участие в любых мероприятиях, посвященных юбилею — прямая задача Комитета. Газетные и журнальные публикации, прямые обращения к общественности, рассылка подписных листов, по-видимому, донесли до широкой публики эту позицию, и в адрес ОК стали поступать различные предложения и просьбы о поддержке тех или иных начинаний местных властей и частных лиц. Как правило, после обсуждения на заседаниях такие обращения бывали поддержаны. Впрочем, в 1908–1909 годах их было еще не много.

Важным достижением общественной деятельности Комитета является то, что по инициативе Афанасьева удалось добиться переноса дня чествования годовщины Бородинского сражения с 27 августа (как было принято в России на протяжении всей второй половины XIX столетия) на 26 число.

Создание Музея требовало значительных средств. И в самом начале деятельности Комитета ему было позволено открыть Всероссийскую подписку для сбора пожертвований. Текст подписного листа был утвержден после подробного обсуждения, и в начале мая 1908 года Афанасьев при помощи чиновников канцелярии московского генерал-губернатора начал их рассылку. Этому важному делу очень способствовал московский почт-директор (и будущий член ОК) В.Б. Похвиснев, установивший (с высочайшего одобрения) для рассылки подписных листов специальные льготы. С этого момента на каждом заседании члены ОК подробно знакомились с состоянием дел по подписке. К концу первого года сумма, пожертвованная еще в 1903 году И.С. Колесниковым (50000 руб.), была увеличении почти вдвое. В.А. Афанасьев предлагал выпускать в пользу Комитета юбилейные марки, но после обсуждения, в декабре 1908 года это мероприятие было признано не своевременным.

Второй год. 19 марта 1909 — 19 марта 1910 года. 14

6 заседаний ОК, 7 заседаний ИК.

На протяжении этого периода обсуждались следующие организационные вопросы:

приглашение новых членов (происходило на протяжении всего года);

обустройство помещения в Потешном дворце, полученного по высочайшему повелению в конце апреля 1909 г., для нужд канцелярии и хранения вещей;

расширение штатов и финансирования канцелярии (в связи с возрастающим потоком корреспонденции и усложняющейся работой по рассылке и приему подписных листов);

избрание Хранителя Музея (им стал генерал-майор в отставке В.А. Петров);

создание временных специальных подкомиссий для оперативного и профессионального решения наиболее важных и конкретных проблем (Комиссия по определению размеров будущего Музея, по исследованию грунта на площади храма Христа Спасителя, по устройству панорамы «Бородино»).

Большинство заседаний этого года проходило под руководством гражданского инженера А.П. Воронцова-Вельяминова, избранного заместителем председателя, в связи с назначением генерала Глазова членом Военного совета и переездом его в С.-Петербург.

Вопросы комплектования занимали все более значительное место.

[10] Годовой отчет… за первый 1908–09 год. М., 1909.

[11] Там же. Стр. 45.

[12] ОПИ ГИМ. Ф. 160. Оп. 1. Д. 1. Л. 4 об.

[13] Подробнее об этом см.: Букреева Е.М. Иван Хрисанфович Колодеев, «знаток славной эпохи 1812 года» // Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы: Материалы XV междунар. науч. конф. Можайск, 9–11 сент. 2008 г. Можайск, 2009. С. 437–449.

[14] Годовой отчет… за второй 1909–10 год. М., 1910.