Банкет на перекрёстке (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И что в тех лабораториях делали? Неужели тупо сочиняли этих ужастиков?

Ждан пожал плечами.

— Ну, сочиняли-то они не ужастиков, а новые формы живых существ. Экспериментировали с эволюционными процессами, генетическими модификациями и биомоделированием. У Академика тутошнего по этому поводу своя теория… или точнее сказать гипотеза… Он, например, считает, что кровососы — это результат проектирования автономного универсального охранника особо секретных объектов в эколого-опасных, враждебных климатических или просто недоступных регионах.

Чернобыльские псы из той же оперы — служебные собаки с гипертрофированными способностями. С бешеными обонянием, боевыми качествами, живучестью и задатками телепатии. Такую псятину одну на аэропорт — и никакой террорист или наркоторговец не проскочит. Её и в полевых операциях можно использовать, вместо целого отделения спецназа. Ну и всё прочее в том же духе.

Макар присвистнул.

— Не слабый концепт.

— Не слабый, — согласился Ждан. — Пока западный мир пичкает свою армию электроникой, экзоскелетикой и нанотехнологиями, создавая бойца будущего, этакого универсального супер-пупер-солдата, наши умные головы создавали боевых животных, способных выживать автономно, в любых условиях без служб обеспечения, без боеприпасов и электроники. Готовых успешно действовать на любой пересечёнке и скрытно, как подобает животным. Кровососов, вон, хрен разглядишь невооружённым глазом.

— Эт получается, замена человека на поле боя?

— Вроде того. Либо использование в режиме партизанской войны или диверсионных операций. Например, для десантирования группы таких зверушек в тыл врага, или к военным объектам, где они в кратчайшее время выгрызут всю живую силу противника.

— А контролёры?

— А контролёры вообще ураган. С одной стороны — это уникальные деморализаторы живой силы и вербовщики чужих солдат. С другой стороны — это главные кукловоды десантируемой «зверской» армии. Они и координируют действия боевых мутантов, и находятся на связи со штабом. Их мозговых способностей на это с лихвой хватит, даже без радиостанций. Прибавь к этому дикую способность к регенерации, почти неубиваемый моторесурс и отсутствие затрат на обеспечение пищей и боеприпасами. Пока есть противник, зверушки на полном самообеспечении. Плюс несоизмеримо низкая себестоимость исходного материала, которого всегда в избытке среди бомжей или заключённых приговорённых к высшей мере…

— А зомби?

— Зомби, скорее всего, побочный эффект от экспериментов с механизмом регенерации. То ли поле какое-то, то ли излучение, то ли вирус. По одной из версий, это поле могут генерировать и контролёры. По другой — Зона просто запускает какие-то биомеханизмы, из-за которых процессы продолжают протекать даже в мёртвых телах. По третьей — это специально выведенный охранный вирус, который не только убивает всю агрессивную инфекцию в человеке, но и активно сопротивляется самому факту смерти, продлевая состояние активности организма даже после его гибели.

— Неужели наука уже так далеко ушла?

— Дальше, чем можно себе представить. Многие сказки уже давно стали былью. Только эти сказки в основном страшные.

— Интересно получается. Выходит, что в этом мире действительно нет ничего, что не могло бы случиться? Чудеса… А что, и мифы древней Греции можно состряпать? Ну там кентавров, минотавров, сирен всяких…

— Мифы, говоришь? — Ждан задумался. — Ты что-нибудь слышал о колдунах Вуду с их зомбями, о чёрных магах с гомункулусами и о прочей мистической мишуре?

Макар двинул бровями, вставил в зубы сорванную травинку.

— Как не слыхать? По телевизору одно время достали этими мистическими страшилками…

— Так вот, все эти кудесники — просто дети по сравнению с работавшими здесь специалистами. И если бы не катастрофа на ЧАЭС, мы бы сейчас не то что зверюшек клонировали, а на пегасах летали, или жабры себе отрастили, как ихтиандры. Только обломилось всё. Как на станции грохнуло, так всё и покатилось вверх тормашками. Кто-то в панике побросал работающие лаборатории и эвакуировался, даже не затворив дверей. Другие, наоборот, герметично закупорились, надеясь на систему жизнеобеспечения и запасённую года на два жратву.

Ну а потом кто-то из сбежавших попытался вернуться, чтобы хоть что-то вытащить на материк. Тут ведь одной информации по исследованиям на сотню Нобелевских. Не считая уникальной аппаратуры, технологий и готовых образцов. Сунулись сверху, да не получилось, только народу немеряно загубили. А от выживших просочилась информация, что под Припятью куча подземных коммуникаций и с полдюжины законсервированных резервных уровней. Попробовали двинуть по ним, да тоже мимо. Оказалось, что часть уровней уже откупорены, а по коммуникациям весь лабораторный зверинец разбежался. Да ещё и наружу выбрался. Короче, полный хаос, приправленный одичавшими результатами экспериментов…

Как раз после этого загрохотала перестройка, когда продавалось всё и покупалось всё, что ещё не доворовали. Вот тогда докупили, допродали и доворовали последнее: и землю, и то, что на земле, и то, что под землёй, включая армейское имущество.

Хлынув в Зону, дельцы выкупили и перекупили всё, до чего дотянулись их мохнатые лапы. А уж купленным добром каждый распоряжался по-своему. Кто-то начинал переоборудовать доставшиеся подземки, хранилища и бункеры со складами, кто-то рыл новые и мастрячил бизнес, а кто-то просто придержал законсервированные и работающие лаборатории со всем их содержимым. Да подыскивал арендатора-покупателя из-за бугра.

Порой доходило до абсурда. Землю покупал один владелец, объекты на ней оставались за государством, а коммуникации под землёй и под объектами уже обживал третий.

В общем, крутилось и шевелилось всё, пока не жахнуло во второй раз. И сегодняшняя Зона — это остатки того предпринимательского бума.

— А откуда тут эти лаборатории и уровни с коммуникации? — перебил Макар. — И почему именно здесь, возле станции?

Ждан махнул рукой.

— Тут-то всё просто. Во-первых, прямое и не лимитированное энергообеспечение. Во-вторых, водное снабжение, готовый пруд-охладитель и мощная сеть каналов. В-третьих, современная инфраструктура, дороги и малая плотность населения. Ну и экономия, конечно. На строительстве ЛЭП, дорог и других коммуникаций.

Дожёвывая тушёнку, Ждан прищурился, глядя на макушку дальнего холма, покрытую высохшим перекрученными сухостоем.

— Вороны!