Банкет на перекрёстке (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Жить надоело? — буркнул Кабан еле слышно. — Убьют же!

Но чувствительная аппаратура чётко передала его голос, потому что Ждан тут же ответил.

— Может и убьют. Но мне всегда казалось, что важна не смерть, а то, ради чего живёшь. Есть в этом мире вещи пострашнее смерти. И если тебе не за что умирать, то тебе и незачем жить.

Всё, конец связи!

На экране мелькнуло лицо Кочерги и изображение погасло.

Бармен несколько секунд задумчиво глядел на чёрно-белую рябь экрана, потом выключил его и, прихватив коммуникатор, скрылся в каморке. Ему на смену появился помощник. Оглядев зал в ожидании заказа, отступил к холодильнику и прислонился к стенке, оглушительно скрипнув половицей.

Тишина в зале провисела больше минуты. Потом её постепенно расшатали негромкие реплики и приглушённые голоса. Те, до кого дошли слухи о последних событиях вполголоса пересказывали что знали, или слушали, что знают другие. Пытались переварить нарисованную Язычником картину. Все чувствовали, что Зона на грани нехороших перемен. Причём, не по причине своих внутренних процессов, а по воле извне. Бармен всё не появлялся, и это вызывало не меньшее беспокойство. Несмотря на помощников, готовых по первому знаку подать выпивку, посетителям не пилось. Охранник на входе посторонился, пропуская в зал ветерана по кличке Старый, слушавшего происходящее из коридора. Однако едва переступив порог, бывший наёмник остановился у входа и, оглядев зал, прислонился к косяку. По нему хлестнули с полдюжины удивлённых взглядов, и за несколькими столами заговорили ещё тише — по слухам, Старый залёг на дно с неделю назад и пока не собирался светиться в Зоне. Разговоры в баре как-то сами собой завяли. Перетерев новости, все ждали Кабана. Зная связи бармена надеялись, что он ещё что-нибудь прояснит.

Кабан вывалился из подсобки, бурля желваками на небритых щеках. Упёршись кулачищами в стойку, уставился в столешницу и замер, погружённый в себя. Сталкеры поглядывали в его сторону, переглядывались, пожимали плечами. Полтишок, уже порадовавший свои кишки, не выдержал скуки и постучал ножом по стакану.

— Кабан, может музычку какую включишь, а то как-то уныло в тишине бухать.

Бармен сморгнул тяжёлые мысли и обвёл бар чугунным взглядом.

— Сёдня музыки не будет.

— Чё так? — не понял Полтишок.

— А сёдня я злой, — угрюмо выговорил бармен. — Патамушта какие-то мрази хотят обидеть Зону, нашу матушку и кормилицу! Всем водки и щей! Потрапезничаем перед завтрашним, может в последний раз. Завтра бар закрыт, на рассвете я иду за Кочергой и Язычником.

Бармен отпил из стакана добрый глоток, кивнул своим мыслям, постучал твёрдым, как сучок, пальцем по прилавку.

— Ибо это моя земля, пусть больная и замученная, но моя! И нехер никому топтать её своими чумазыми сапогами. И Кочерга с Язычником это раньше всех поняли. А мы, плоть нашу так…

Он задумался занеся палец над столешницей, но не найдя нужного слова хрустнул кулачищем. Хапнув с прилавка первый попавшийся на глаза стакан, принялся угрюмо тереть его полотенцем.

Через минуту тишину зала нарушил голос из-за дальнего столика:

— Кабан, а спутников берёшь?

Бар замер, будто простреленный вопросом навылет. Казалось, что даже ходики на стене остановились в ожидании ответа.

— Спутников? — отозвался бармен, рассматривая стакан на свет. — Звать не стану, но если толковые, то возьму.

— Тогда мы с тобой! — буднично бросил потёртый жизнью сталкер и снова принялся ковырять вилкой в тарелке.

Бармен медленно поставил стакан, оценивающе оглядел говорившего и его напарника.

— А пойдём! — ответил он тоном таможенника Верещагина и, ухмыльнувшись, взялся за второй стакан.

— И меня захвати! — донеслось от двери.

Подпиравший косяк Старый поднял указательный палец и направился к столику первых добровольцев.

По бару прошёл шорох, сталкеры зашевелились, перебрасываясь негромкими фразами. Через минуту гомон начал конденсироваться в отдельные возгласы:

— Мы в деле! — донеслось от столиков ветеранов. — Пора и не за хабар поработать!

Одиночки в своём углу тоже подали голос.

— Подписываюсь!

— Буду участвовать!