— Ну если по делу, то не прогоню, — буркнул Кусто отступая с прохода. — А то мы сегодня заняты.
Пильгуй двинулся в комнату и, встретившись взглядом с сидящим у стола Дуремаром, сделал удивлённое лицо.
— А ты-то чё здесь делаешь?
— То же что и ты, как мне думается, — с достоинством парировал Дуремар. — Я ведь после твоего ухода мозгами пошевелил и поразмыслил маленько.
— Это как? — притворно оторопел Дед Пильгуй, усаживаясь напротив него.
— А так… глаза закрыл, так мысли в голове и покатили…
— Уши заткнуть не забыл?
— Зачем? — не понял Дуремар.
— Чтоб мысли не выкатились!
— Они не выкатятся, они слишком велики для этого.
— О, как… И чё там у тебя в голове накатилось?
— А то, что можно попробовать от «Вокзала» по подземной ветке аккурат до Берлоги метнуться, а там уже по обстоятельствам… Помнишь, по которой мы ООНовский хабар тогда вывезли?
Дед качнул головой и цыкнул зубом.
— Нет там больше никакой ветки. Папаша Гризли её после того раза забетонировал. Оставил только узкоколейку в сторону Главобъекта, и вспомогательный тоннельчик, на котором дверь с электрозапорами. Говорил, что слишком много ходов у Берлоги, за всеми не уследишь…
— Как чувствовал… — задумчиво пробормотал Кусто.
— Хреново чувствовал, — буркнул Пильгуй. — Если его в собственном логове вынесли…
Кусто пожал плечами и промолчал. Дуремар обескуражено взлохматил пятернёй шевелюру и через секунду щёлкнул пальцами.
— А если тогда с Академиком побазарить? Может, другую ветку покажет. Хотя бы до края урочища, чтобы через всю Зону по верхам не топать.
Кусто скривился.
— Жди, покажет он тебе.
— А чё нет?
— А то, что его теперь дальше Янтаря и с конвоем не выгонишь, — терпеливо пояснил Кусто.
— Ну, тогда, может хотя бы расскажет.
Кусто отмахнулся.
— Да он ссытся от одной мысли про «Вокзал», «Сортировочную» или «Колбасный переезд». Какой уж тут рассказ? Тем более, что он за любой рассказ теперь долю объявляет.
Дуремар возмущённо вскинул брови, отчего его лицо стало ещё длинней.
— Но мы-то не за хабаром собираемся!
Кусто скептически покосился на Дуремара.
— Ага. Может ты ещё и объяснишь ему, куда собираешься и зачем? Чтобы он на очередной лекции в баре трактат об этом задвинул?
— Ну тогда бестоляк… — понуро констатировал Дуремар. — Тогда он ничего никому не расскажет,… разве что Пильгую… и то вряд ли.