Башня Зеленого Ангела. Том 1: читать начало книги онлайн

— Я последую за вами, леди.

Когда они шли по узкому проходу, раздался такой мощный удар, что у них заложило уши. Кадрах приглушенно застонал от ужаса.

— Боги, что это? — выдохнул он.

— Гром, — ответила Мириамель. — Наверху бушует буря.

— О милосердный Усирис Эйдон, упаси меня от кораблей и моря. Они все прокляты. Прокляты.

— От одной лодки на другую, и еще ближе к морю. — Мириамель снова двинулась вперед. — Вот куда мы направляемся — если нам повезет. — Она слышала, как Кадрах ковыляет за ней.

Один за другим раздались два новых удара грома, один громче другого. Когда они оказались под крышкой люка, Мириамель повернулась и положила руку монаху на плечо.

— Сейчас я погашу свечу. Сохраняй спокойствие.

Она приподняла крышку люка на ширину ладони. Ливень не прекращался. Они находились прямо перед носовым кубриком — ступеньки начинались всего в нескольких шагах от люка и примерно в двадцати локтях от поручней левого борта. Вспышка молнии на миг осветила палубу, и Мириамель увидела силуэты матросов, застывших во время движения, словно они превратились в нарисованные на фреске фигуры. Небо нависало над кораблем, гневные черные тучи закрывали звезды. Мириамель шагнула назад и опустила люк — вновь прогрохотал гром.

— Тут всюду люди, — сказала она, когда стихло эхо. — Но довольно далеко. Если мы доберемся до поручней с опущенными капюшонами, они примут нас за членов команды. И тогда мы сможем пройти на корму, к шлюпке.

Теперь, когда свеча была погашена, она не видела монаха, но слышала, как он дышит рядом. Тут ей в голову пришла новая мысль.

— Я не слышу Ган Итаи. Она перестала петь, — сказала Мириамель.

Кадрах заговорил после небольшой паузы.

— Я боюсь, Мириамель, — хрипло сказал он. — Если нам нужно куда-то идти, давайте не будем терять времени, еще немного, и страх окончательно мной овладеет.

— И я боюсь, — призналась Мириамель, — но мне нужно немного подумать. — Она потянулась к нему, ощупью отыскала холодную руку и сжимала ее все время, пока размышляла. Наконец она снова заговорила: — Если Ган Итаи нет на передней палубе, я не знаю, где она может находиться. Возможно, ждет нас возле шлюпки или нет. Когда мы окажемся там, нам предстоит развязать веревки, которые удерживают лодку на корабле, — все, кроме одной. Я пойду искать Ган Итаи, а когда вернусь, мы столкнем шлюпку вниз и спрыгнем в воду. Если я не приду, ты должен сделать все сам. Тебе останется развязать один узел. Для этого не потребуется много усилий.

— Прыгнуть… в воду? — заикаясь, пробормотал Кадрах. — В такую ужасную бурю? Когда вокруг полно демонических килпа?

— Конечно, прыгать, — прошептала она, с трудом сдерживая раздражение. — Если лодка упадет в воду вместе с нами, мы почти наверняка сломаем спины. Не беспокойся, я буду первой и протяну тебе весло.

— Теперь мне стыдно, леди, — сказал монах, который продолжал крепко держать ее за руку. — Это мне следует вас защищать. Но вы же знаете, как я ненавижу море.

Она стиснула его пальцы.

— Я знаю. А теперь пойдем. И помни, если кто-то тебя позовет, делай вид, что не слышишь, и продолжай идти. И держись рукой за поручень, ведь палуба сейчас наверняка очень скользкая. Ты ведь не хочешь оказаться в воде до того, как мы столкнем шлюпку.

Смех Кадраха был полон ужаса.

— Тут вы правы, леди. Да спасет нас всех Господь.

И тут новый звук перекрыл рев бури, не такой громкий, как гром, но столь же сильный.

Мириамель почувствовала, как кровь стынет у нее в жилах, и ей пришлось прижаться к стене, потому что у нее начали подгибаться колени. Она понятия не имела, что это могло быть. В диковинном звуке было нечто ужасное, отчего ее сердце превратилась в кусок льда, но она больше не могла позволить себе колебаться. Через мгновение, собравшись с духом, Мириамель распахнула крышку люка и выбралась на палубу, под проливной дождь.

Странный звук заполнял все вокруг, пронзительно приятный и ужасающе навязчивый, подобный мощному течению. На мгновение он воспарил к таким высотам, что стал недоступен слуху смертного, и в голове у Мириамель остался только его призрак, пискливое эхо, похожее на крики летучих мышей; затем, через мгновение, он начал стремительно понижаться, и Мириамель показалось, будто она слышит каменные мелодии океанского дна. Теперь у нее появилось ощущение, будто она стоит посреди гудящего осиного гнезда величиной с собор: звук дрожал у нее внутри, и какая-то часть ее сознания стремилась заставить тело танцевать, кричать и бегать кругами, другая хотела лечь и биться головой о палубу, пока не наступит тишина.

— Спаси нас Господь, что за ужасный звук? — жалобно спросил Кадрах.

Он потерял равновесие и упал на колени.

Стиснув зубы, Мириамель опустила голову и заставила себя преодолеть несколько шагов до поручней. Казалось, что у нее трещат все кости. Она схватила монаха за рукав и, точно салазки, потащила за собой по скользкой палубе.

— Это Ган Итаи, — выдохнула она, сражаясь с могущественной песней ниски. — Мы слишком близко от нее.

Бархатная темнота, которую лишь немного разгоняли желтые пятна ламп, вдруг стала бело-голубой. Перед Мириамель возникли поручни, она продолжала сжимать руку Кадраха, а впереди расстилалась черная пустота моря — и эта картина в одно мгновение обожгла ей глаза. Еще через одно биение сердца вновь полыхнула молния, и Мириамель увидела плененную во вспышке гладкую круглую голову, возникшую над поручнями левого борта. Когда молния погасла и дважды ударил гром, на корабль устремилось полдюжины блестевших в свете ламп существ с гибкими конечностями. Понимание пришло к ней, подобно физическому удару; Мириамель повернулась, споткнулась, поскользнулась и устремилась к правому борту, волоча за собой Кадраха.