– Он там был и видел все собственными глазами, – задумчиво произнес капитан и посмотрел на нее с совершенно другим выражением.
«Глаза у него не белесые, а голубые», – заметила Ксюша и отвела взгляд.
– Только зачем он всем рассказывает подробности? Чтобы рейтинг свой поднять? Тогда не только я, но и другие тоже могут подумать, что он замешан.
Она старалась говорить, не глядя капитану в глаза.
– Это да, – кивнул Синцов. – Но гораздо интереснее другое. Чистякова действительно умерла от передоза.
Ксюша вытаращила на него глаза:
– То есть ее не убили? Она сама? Почему же Руслан про убийство твердит?
– Объяснений может быть несколько. Перед девушками рисуется или…
– Что или?
– В самом деле что-то знает.
– В нашем отеле все только об этом и говорят. Мол, наркоманы распоясались совсем, своих в расход пускают. Есть и еще кое-что. Вечером Руслан принес в номер лекарство от ожогов и… спину растереть предложил.
Капитан слез со стола и сел напротив. Его лицо стало очень внимательным, а взгляд цепким.
– Так. Хотел познакомиться поближе? Вот это интересно. Значит, ему от тебя что-то нужно, и явно не интервью.
– Я считаю: хотел выведать, что я знаю.
Капитан слез со стола и прошелся сначала к окну, а потом обратно.
– Слушай, Ксюша, посиди немного, – вдруг сказал он. – Я попрошу собрать на него информацию.
У нее чуть челюсть не отвисла. Ксюша? Не гражданка Васильева, а Ксюша?
Не заметив ее удивления, Синцов выскочил из кабинета, а когда вернулся, вид у него был встревоженный.
– Спасибо за информацию, гражданка Васильева. Пока можете быть свободны, – буркнул он, садясь за стол.
Ксюша немедленно разозлилась. Опять гражданка, значит? Ладно.
– А почему «пока»? – поинтересовалась она, не трогаясь с места.
Синцов быстро посмотрел на нее и нахмурился еще больше.
– Да потому что… неизвестно ничего.
– Что именно?
– Ну, то есть вы еще можете нам понадобиться.
– Для чего? – не отступала Ксюша, которая вдруг поняла: случилось нечто важное.
Синцов хотел уже вытурить Васильеву за дверь принудительным путем, но посмотрел в ее злые глаза и неожиданно для себя сказал:
– Приехали родители Чистяковой на опознание. Говорят, не Арина это.
– Как? С чего вы взяли тогда?
– Документы в сумке.