А потом наклонился, подхватил меня под плечи и коленки – я не успела и ойкнуть. И потащил прямо по наметённому за ночь снегу – туда, где нетерпеливо перебирали копытами гнедые с белыми бабками кони.
Саквояж благополучно остался на месте.
- Но… мои вещи!
- Я куплю тебе новые.
- Деньги!
- Они тебе больше не понадобятся.
- Рекомендации…
- Ты больше гувернанткой работать не будешь.
У меня закончились аргументы.
Спорить больше не было никаких моральных сил.
Я лишь растерянно следила, как приближается карета, как чрезвычайно спокойный на вид мужчина средних лет учтиво приподнимает шляпу на козлах, совершенно ничему не удивляясь.
У самой кареты Велиар останавливается.
Он даже не сбил дыхание, как будто я весила не больше пушинки.
- Там были какие-то ценные для тебя вещи?
- Н-нет… из ценного у меня только воспоминания. А они всегда со мной.
- Вот и отлично.
Инкуб поставил меня на ноги, распахнул дверцу и помог взойти по ступеням.
- Но куда…
- Я тебя забираю. Ты же хочешь увидеть мой дом?
Вот тут я осеклась.
Никогда в жизни не слышала, чтобы инкуб подпустил хоть кого-то так близко, чтобы привести в своё жилище. В носу снова защекотало.
Хлопнула дверца, отсекая меня от прошлого.
Вот теперь, кажется, я действительно перевернула страницу.
Уснула, едва карета тронулась. Так и спала, потеряв счёт времени – забравшись с ногами на обитое бархатом сиденье, положив инкубу голову на колени. Накрытая его пальто.
А он, кажется, даже шевелиться боялся, чтобы не потревожить мой сон. Только гладил украдкой по волосам.
Глава 17.
Когда я проснулась, сонно щурясь на солнечные блики, за окнами было совсем светло.
Мы, кажется, ехали вдоль какого-то леса, и мелькающие стволы деревьев бегущими полосами теней прочерчивали карету. Сегодня удивительно солнечный зимний день.
Стоп.
А точно сегодня?