Сидя в Интернете, он недовольно скривился, когда увидел, что экран телефона потемнел и на нём высветилось имя его отца. С мужчиной парень никогда не был близок. Патрисия намного чаще звонила ему в последнее время, нежели он. И от этого складывалось ощущение, что именно матери больше нужны оба сына.
Нажав на «принять вызов», алхимик поднёс прибор к уху.
— Чего тебе? — Эдвард не скрывал своего недовольства.
— Как ты? Как Альфонс? — Хоэнхайм проигнорировал слова парня.
Будто и не слышал того.
Почему-то в этот момент ему вспомнился рассказ матери про то, что отец отправился узнавать про Турнир. А ещё в голове всплыл тот факт, что мужчина сам отдал ему свою банковскую карту и ничего не говорил Патрисии про то, что он курит, хоть и знал про то. Будто считал, что так поступать не стоит.
Будто… таким образом заботится о нём.
По-своему, но заботится.
— Да хреново всё, — ответил Эдвард. — Позавчера какой-то дебил схватил Альфонса и стал меня шантажировать. Мол, если я не сдамся в следующем бою, то есть вчерашнем, то он убьёт его… И я так и сделал. Ведь братик… Он… Ты понимаешь, что он мог умереть? — Голос стал выше и начал дрожать.
Смысла скрывать случившееся не было. Альфонс непременно всё расскажет после возвращения. И, наверное, эта информация мужчине может реально оказаться полезной, если он действительно хочет помочь. Да и алхимику было жизненно необходимо кому-то выговориться.
Чтобы его услышали.
— Ты всё правильно сделал, — после секундной паузы отозвался Хоэнхайм. — Не кори себя. Если тот… человек действительно мог навредить ему, то рисковать нельзя.
— А ты что хотел?
Вряд ли отец набрал его просто так. Разговоров просто так у них никогда не было, поэтому Эдвард был точно уверен, что у его собеседника есть хоть какая-то информация. Хоть немного, но есть. И он надеялся, что она будет полезная. Может, парень узнает, что то был за мужчина.
— Я поговорил кое с кем, — начал мужчина, — и узнал много про твой Турнир. Если коротко, то его организатор некто Кавахира, он называется Шахматноголовым. А всё для того, чтобы сделать семерых людей частью круговорота Пламени. И для этого он на них прикрепит Пустышки. То есть артефакты.
После услышанного Эдвард не мог сказать и слова.
Он не понимал, как такое могло случиться. Ведь никто — ни Шахматноголовый, ни Вендиче — не говорил о подобном. Хотя… Если они все заодно, то всё становится на свои места. Ведь если шаманы и алхимики будут знать правду, то никто не согласиться самолично разрушить свою жизнь.
— Ты… серьёзно?
— Более чем, — уверенно ответил отец. — Так что можешь предупредить об этом всех, кого считаешь нужным, и спокойно уходить оттуда. Удачи.
— Понятно, — парень ненадолго замолчал. — Спасибо.
Может, даже хорошо, что он тогда не выиграл?
***
Вайпер была слишком лёгкой. Даже скорее неживой. Казалось, ещё чуть-чуть, и она просто взлетит на воздохе, будто те духи. И от этого сильнее становилось не по себе. Не хотелось, чтобы она ушла из жизни раньше времени из-за какого-то странного шамана, который её атаковал, а потом буквально растворился в воздухе.
И нормально ответить ему не получилось. Точнее, совсем не получилось.
Всё было настолько очевидно, что понять, что именно этого человека имела в виду девушка, понять было не сложно. Фонг знал, что у иллюзионистки было не одно имя. Про это ему когда-то сказала Ария. Да и то, что по её имени, которым она представилось при их первой встрече несколько лет назад, практически не нашлось информации, наталкивало на эту мысль.
Хоть мужчина и хотел найти ответы на все свои вопросы, он предпочёл отложить их на потом. Хотя бы до конца Турнира, не раньше. А то начнёт всё узнавать спустя несколько месяцев. Сейчас же приоритетным было спасение Маммон, а не разговоры и выяснения отношений.
В данный момент вторая девушка из «Рассвета» могла умереть.
Мастер боевых искусств прекрасно знал, что если всё-таки его старая знакомая перестанет быть живой, то её демон непременно в ту же секунду заберёт себе её душу. Про подобные мелочи из контрактов он, к счастью, был хорошо проинформирован. И чем скорее он спасёт девушку, тем дольше она проживёт.
Хоть и будучи собственностью Жадности, но всё-таки проживёт.
А сама Вайпер… Она была уже не здесь. Точнее, частично. Её душа медленно, но верно переходила в Ад, ближе к её госпоже. Та просто смотрела на очередного человека, который согласился заключить с ней контракт. Таких было много как до этого дня, так будет ещё больше после.