Мои слёзы, смеясь, ловит,
А на циновке гниёт юное тело.
Там, где судьба управляет своими куклами
Ради одного и того же, ради старой боли.
Наконец-то я знаю: здесь ничего не бывает даром.
Из боба и в пустоту —
Знает каждый, что остаётся в конце —
Одно и то же, и старая боль
Доводит меня медленно до безумия,
А на циновке бушует та же война,
Моё сердце всё ещё опаляет
Одно и то же, и старая боль,
Знаю наконец-то,
Я хочу трахаться
(никогда больше!)
Старая боль.
Rammstein — Das alte Leid
Сегодня впервче за всё время прибывания на Сицилии не небе появились белые пушистые облака-зефирки. Каждый шаман, находящийся здесь, радовался такому событию. Кто-то больше, кто-то меньше, но абсолютно все были рады таким переменам погоды. В особенности те, кто должен был сегодня сражаться.
Теперь наконец солнце не будет слепить их и мешать выгрызать победу.
Иначе это назвать было нельзя.
С каждым новым днём битвы становились всё жёстче. Второй тур не мог быть другим. Это далеко не начало, когда Шахматноголовый их только собрал на той заброшенной ферме в Англии. До конца оставалось совсем немного, и никто не собирался проигрывать. Каждая команды была настроена только на победу. И выжить.
Последнее было самым главным.
Всех шаманов за пределами Италии ждали отцы, матери, братья, сёстры, любимые… Эти люди надеялись на них и верили, нуждались в них. Стать очередной жертвой Вендиче или того убийцы, который спокойно гулял по небольшому городку и сидел с ними в одном кафе, никто не хотел. Все, несмотря ни на что, хотели жить.
Рой, смотря на своих противников, никак не мог понять, почему выиграли именно они, а не «Morgenstern». Ведь… У этой команды, во главе которой стояла девушка с длинными розовыми волосами, не было настолько сильных духов, как у его группировки. Но в то же время этот брюнет-азиат, наверное, и был ответом на все вопросы.
В битве с «Чёрной лилией» у него не было особой возможности полностью проявить себя, а вот сейчас она появилась. И благодаря этому бою полковник в отставке очень заинтересовался этим парнем с безразличным выражением лица. Про себя мужчина отметил, что в любом случае у него будет неплохое будущее.
Маммон же не стала дожидаться конца сражения, а ушла намного раньше. Она не досидела даже до середины. Она практически сразу после начала встала и пошла прочь с трибун. Не видела смысла здесь оставаться. Если сегодня очередь не её команды сражаться, то зачем тратить драгоценное время?
У неё есть куда более важные дела.
Девушка хотела побыстрее со всем разобраться, не привлекая к своим личным делам внимания посторонних. А в особенности Вегдиче, которым она до сих пор полностью не доверяла. Но что самое главное, так это сделать всё в одиночестве.
Но, видимо, не судьба.
Фонг, который в последнее время уже практически стал её извечной тенью, снова поплёлся за своей сокомандницей, будто боялся за неё точно так же, как и за Хром, которая хоть слегка и стабилизировалась, но всё равно находилась при смерти.