— Да.
Рут поджал губы, прищурился и склонил голову к плечу.
Неужели действительно обойдется без боя? Ой, хотя бы… Надеюсь, Линс он тоже просто так отдаст. Не знаю, что творится в голове у этого умерца, но ведет он себя вполне разумно и адекватно. А раз комендант ему знаком…
— Жаль, хороший был человек. Понимающий…
— Рут, пожалуйста, — торопливо произнес подселенец. — Помоги. Ты же знаешь, что хватит буквально пары капель крови для одной порции.
Подняв на нас взгляд со странной, как мне показалось, торжествующей улыбкой, Рут медленно покачал головой из стороны в сторону. Отказ.
— Я не хочу тебя упокаивать, — с горечью добавил Альд.
— А зря, — тихо ответил умерец. — Значит, упокоимся вместе.
За моей спиной раздался хруст ветвей. Подселенец оглянулся — на поляну из леса вышел мертварь в сопровождении трех упырей.
— Рут…
Альд перевел взгляд обратно на умерца. А я внезапно почувствовала, как у моего тела задрожали руки. Странно, подселенец же не возвращал мне контроль!
Ощерив заостренные зубы в безобразно широкой улыбке, Рут склонился над волшебницей.
Того, что в следующую секунду его охватит магическое пламя, не ожидала ни я, ни Альд, ни уж тем более сам умерец. Хрипло вскрикнув, он отскочил от камня, и только после этого Линс открыла глаза и поморщилась.
— Она… — от облегчения я не сразу нашла слова и запнулась.
— Проснулась, — продолжил подселенец вместо меня.
— Давно?
— Да.
— Но как?..
— Потом.
— Как самочувствие? — быстро спросил Альд, удивительным образом умудрившись сделать это в промежутке между воплями умерца.
— Жить буду, — настороженно ответила волшебница.
Ну да, если она давно проснулась, то услышала много чего интересного… И кому с ней потом объясняться? Естественно, мне. С другой стороны, мое милое соседство вряд ли оставалось бы тайной вечно. А когда рассказать правду — сейчас или потом — лично мне без разницы. Это Альд настаивал на сохранении тайны своего существования. И раз он сознательно пошел на это, то какой с меня спрос?
И пока я размышляла об этом, подселенец развернул мое тело навстречу уже почти домчавшимся к нам упырям. Первый прыгнул, второй, покрупнее, продолжил бежать. Куда делся третий — я не видела. Метварь же медленно ковылял в нашу сторону — почти скелетированный, он на ходу плел какие-то чары.
От первого Альд увернулся, второго опалила сгустком огня Линс. Третий внезапно обнаружился позади, но тут же получил упокаивающим заклинанием в морду и рухнул на месте.
— Приготовься, — прошелестел подселенец в моем разуме. — Мне нужна передышка.
— Вот ты вовремя…
Момент передачи управления я не ощутила, но факт этого осознала тут же — настолько острой боли во всех костях сразу я еще ни разу не чувствовала. Даже в бытность живой. Ну и как тут сосредоточиться-то? Разве что только отвлекать внимание в надежде, что всех желающих меня упокоить перебьет Линс. Хотя…
Отбросив в сторону снова прыгнувшего упыря потоком чистой энергии, я ринулась к его обожженному собрату. Тот топтался на месте, пытаясь то ли потушить пламя, то ли содрать лицо с костей черепа начисто. Быстро проговаривая про себя заклинание упокоения, я ткнула пальцем в бок ничего не подозревавшей нежити одновременно с последним мысленно произнесенным словом. Упырь упал, обмяк и затих. Раздавшийся за моей спиной вой сообщил мне, что Линс тоже не сидит без дела. Оглянувшись, я увидела, что упокаивать последнего упыря не придется — в этот раз пламя было каким-то особенно прожорливым, и нежить уже выгорела почти до костей.
Что ж, осталось самое интересное. И меня оно настигло первой.
Заклинание полета вдруг деактивировалось, и я, с мерзким хрустом плюсневых костей, оказалась на земле на своих двоих. Неожиданно. И неудобно. Застывший в десятке шагов от меня мертварь начал плести новое заклинание. Раздался хлопок, и я инстинктивно дернулась, отступив на пару шагов назад. Кажется, при этом потеряла пару мелких костей.