Блуждающая Сьюзи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И после этих слов я будто вживую увидела все события из прошлого девочки.

Изгои общества — люди, про которых написано миллион книг и снято столько же фильмов. Многие встречали таких в жизни и лишь насмехались над ними, насмехались надо мной. Да, я и была той отшельницей, которая ни с кем никогда не заговорила бы первой, потому что видела во всех своих врагов. Я день ото дня слышала различные сплетни за моей спиной, а потом, когда проходила мимо тех "сорок", то они тут же замолкали, предвзято осматривая меня. Ох, как же меня это раздражало, я была готова собственноручно отрезать им языки, чтобы они не болтали лишнего! Поэтому, чтобы дело не дошло до физического насилия, я закрывалась одна на чердаке здания. Туда часто стали прилетать грачи, которые впоследствии и стали моими настоящими друзьями. Я больше времени стала проводить с птицами, кормила их, ухаживала за ними, играла. И, кажется, обрела долгожданное счастье. Я стала меньше злиться и избегать окружающих; моим сверстникам такая перемена была непонятно, поэтому они стали глумиться надо мной ещё больше, высмеивая каждое моё действие и слово. Но я старалась не замечать этого, до одного инцидента, который стал роковым для всех.

За день до произошедшего я строила кормушку для моих друзей. Это был мой маленьких подарок для этих прекрасных существ. Я усердно трудилась, чтобы домик вышел удобным и красивым. Помню, тогда ко мне ещё подошла моя воспитательница.

— Чем занимаешься, Сьюзи? — ласково спросила она. Пожалуй, самым добрым и светлым человеком в интернате была именно она — Луиза Моффат. Это была молодая девушка, которая ко всем относилась сердечно и любила каждого, как своего ребёнка.

— Строю кормушку для моих друзей. — приветственно отозвалась я. Луиза улыбнулась мне и предложила свою помощь, я охотно согласилась, ведь пару ухоженных рук помогли бы мне раскрасить дощечки.

— Я заметила, что ты мало общаешься со своими сверстниками, — осторожно начала она, наблюдая за моей реакцией. — И больше времени проводишь с… птицами.

— Да, вы правы. Но разве это запрещено? — возмущённо спросила я, ведь боялась, что она может меня осудить, как и другие. Но Луиза была выше всех остальных.

— Ох, нет, нет, что ты! Это прекрасно, когда человек находит гармонию в природе. Все мы изначально являемся биологическими существами, но через какое-то время, социализируясь, утверждаем, что нас ничего не связывает с животным и природным миром и отказываемся всячески помогать нашим меньшим братьям. — я была чрезмерно рада слышать эти слова, осознавая, что воспитательница тоже поддерживает мою сторону.

— Но можно задать один вопрос? — она посмотрела на меня точно, как ребёнок, который выпрашивает у родителей новую игрушку. И я не смогла ей отказать.

— Да, конечно, мисс Моффат.

— Почему ты называешь птиц своими друзьями? — этот вопрос немного насторожил меня. Было чувство, будто я нахожусь на приёме у психолога, желающим помочь с проблемой, которой по сути не было. Но всё-таки, немного подумав, я ответила:

— Потому что они и вправду мои самые настоящие друзья. Возможно, вы не замечали, но я прекрасно провожу с ними всё своё свободное время. Они относятся ко мне так же хорошо, как и я к ним. Птицы никогда не посмеют обидеть, как-то оскорбить, унизить меня. Не потому, что они не могут сделать этого, а потому, что не видят в этом смысла, так как я хороший человек. А сверстники, про которых вы говорили, издеваются надо мной день и ночь. Они никогда не оставляют меня в покое, хотя я им ничего не сделала! Тогда за что ко мне такое несправедливое отношение?! А птицы всегда поддерживают меня. Они никогда не лгут, не обманывают и не придадут меня. Эти беззащитные создания ни за что не подставят мне подножку и будут рядом и в горе, и в радости. И теперь вы хотите сказать мне, что лучше общаться с этими жестокими людьми, не обращая внимания на преданных, настоящих друзей?

Луиза молчала какое-то время. Она наблюдала за бегающими во дворе детьми, а потом перевела взгляд на гуляющих и клюющих рядом зерно грачей. Я испытующе смотрела на неё, боясь услышать противный ответ, но, к счастью, его не последовало. Она лишь искренне улыбнулась мне, взяв мою руку в свои тёплые ладони.

— Да, ты абсолютно права. Сьюзи ты довольна умна для своих лет. — я была смущена таким лестным комплиментом. Мисс Моффат, словно родная мать, поцеловала меня в лоб и пошла дальше, пожелав мне хорошего дня. Этот разговор я запомнила навсегда.

Но счастье долго не продлилось. На следующее утро, только пробудившись от крепкого сна, я побежала во двор, чтобы добавить корма для птиц. Но прибежав на место, не увидела кормушки. Я долго её искала, даже бегала к воспитательнице, но она огорченно пояснила, что не наблюдала моего домика. А когда вернулась во двор, то увидела компанию своих неприятелей. Они снова злобно смеялись, смотря на меня.

— Где моя кормушка? — дрожащим голосом спросила я.

— Где моя кормушка? — передразнивали они. Мои руки сжались в кулаки, я сделала шаг вперёд.

— Ладно, давайте покажем этой недотроги её творение, а то она сейчас расплачется. — и они расступились, указывая на стол, где лежали обломки моей новой кормушки. Сердце вдруг на мгновение остановилось, и меня будто ударило током. Я подбежала к разломам, перебирая дощечки в руках. По щекам потекли слёзы обиды. Я повернулась к той компании, мысленно навлекая на них тысячу проклятий.

— Ой, малышка Сьюзи расстроилась, что теперь её бездомным облезлым друзьям негде жить! — и они сымитировали плач.

— Не смей. Так. Их. Называть. — жёстко отчеканила я каждое слово. А они лишь залились громким смехом. Я не могла больше терпеть такое отношение, точно эта была последняя капля. И я убежала. Бежала долго, пока не дошла до леса, где и нашла своих грачей. Я осталась там навсегда. Поэтому и пошла легенда о Блуждающей Сьюзи, которая бродит по лесу, напевая песню своим «пернатым друзьям». К слову, через какое-то время я начала приходить во снах тем обидчикам, которые испортили мою кормушку. Они сходили с ума, и меня это невероятно веселило. Поэтому сразу после интерната они отправились в психбольницу, где и просуществовали всю свою оставшуюся жизнь. Я лишь преподнесла им заслуженную карму.

Меня парализовало страхом от рассказанной истории. Я увидела всё своими глазами и прочувствовала все эмоции Сьюзи в тот момент, и будто снова на меня спустилась прежняя маска, я стёрла слёзы и забыла все ранее испытывающие чувства. Дух был прав, мне следовало довести начатое до конца, избавившись от этих несчастных. Но меня вновь прервали.

— Нет, Марти! Это не ты. За тебя говорит и действует внутренний демон, стоящий сейчас позади. — внутри будто опять что-то переменилось. — Я тоже вспомнила одну историю. Рождество два года назад. Ты случайно подожгла у камина своё новое праздничное платье. А денег на новое не было, потому что все свои сбережения ты потратила на новую настольную игру. И тогда я тебе предложила…

— Сделать платье самой, потому что ты прекрасная швея. — продолжила я. — И ты сделала невероятно красиво платье из поврежденного. А затем мне подарили награду за самый лучший образ на Рождество, но я отдала его тебе, перед всеми заявив, что моё платье — шедевр твоего авторства. И потом к тебе прибегали девочки, кажется, со всего интерната, умоляя сшить платья и для них.

Линда счастливо смотрела на меня, утирая обеими руками поток слёз. Эти воспоминания вернули меня в реальность. Я будто выплыла из другого мира и смотрела на всё происходящее совсем иными глазами. Мои руки против моей же воли держали наверху друзей, удушая их демонической силой. И в этот момент я впервые испугалась саму себя.

— Чего же ты ждёшь, Мартина? Они в твоей власти. Один взмах ножа, пронзающий из горла, и дело с концами! — соблазнительно шептала Сьюзи мне на ухо. По телу вновь пробежали миллион мурашек. Я сглотнула ком, готовясь к решающему шагу. Демон, стоя позади меня, смеялся, обволакивая своим пугающим голосом всё помещение, выбивая всех из разумного сознания. Сьюзи радовалась, торжествовала, что смогла всех обмануть и загнать в свою излюбленную ловушку, как птиц в клетку, но не осознавала, что сама же и оплошала, попав в свой капкан.

Я резко развернулась и вонзила нож в живот демона. Девочка не успела никак отреагировать и тем более избежать удара. Из раны пульсировала чёрная бесовская кровь. Сьюзи смотрела на меня, огорченная таким поступком. Она упала на ноги, сильно ударяясь коленями. В последний раз оглядев всех присутствующих, она ехидно улыбнулась, сказав лишь: "Veniet tempus et revertar"³ и, обернувшись в грача, покинула здание. Мы все подбежали к окнам, следя за летящей птицей, которая уже скрылась за макушками деревьев ближнего леса.

Я подбежала к Джеку и Линде, помогла им встать. Они искренне улыбнулись и притянули меня к себе, утягивая в крепкие дружеские объятия. К нам присоединились Билли и Эрик. Мы все вдруг начали плакать, даже толком не осознавая по какой причине. Но тут же засмеялись от такого порыва эмоций. Как же было радостно снова ощутить приятельское плечо рядом.

— Сила дружбы восторжествовала! — крикнул Джек. За ним это трижды повторили все остальные.

ГЛАВА 5.

На этом все сложные дни Тристиса были окончены. Чердак мы более никогда не посещали, проход в него застроили, и теперь он был недоступен всем. Тот фолиант мы с ребятами так и не нашли, но, может, это и к лучшему. Всё здание было убрано изнутри и реконструировано снаружи. Среди учащихся и учителей было запрещено любое упоминание о Блуждающей Сьюзи, поначалу было сложно, потому что всем хотелось обсудить этого ужасающего демона, но вскоре стали забывать. В интернате снова господствовало спокойствие и мир.