"Воротит. Ещё как." — мысленно ответила я.
"Так убей их." — властно приказал голос.
Я аккуратно завела руки назад. Кажется, никто этого не заметил. Ребята что-то говорили, пытаясь успокоить меня, но я не слышала их. В голове звучало лишь два слова "убейих". Незаметно достала украденный с кухни нож, который был закреплён поясом и прикрыт кофтой. Затем опустила руки по швам. Присутствующие заметили холодное оружие, внезапно появившееся в моей руке.
— Она предатель. — шёпотом произнёс Билли.
— Тогда может нам стоить бежать? — испуганно спросил Эрик, глядя на друзей.
— Поздно. — грозно крикнула я. В этот момент почувствовала вкус победы, ведь мне удалось загнать в ловушку этих неудачников.
Я протянула руку вперёд и, направляя невидимую силу, данную мне Сьюзи, не спеша подняла Джека вверх. Он брыкался из-за всех сил, но я сжала его крепче, из-за чего тот жалобно заскулил.
— Нет! Только не его! — Линда выбежала вперёд и пыталась ухватиться за ногу друга, чтобы сбросить его вниз. Подумав, я резко подняла её вверх, раз уж она так билась к Джеку, то пусть повисит с ним вместе. Билли и Эрик в страхе стали отступать назад.
— Джек и Линда. Друг за друга горой. А теперь первые попадёте под лезвие ножа. — произнесла я, наслаждаясь их испуганными лицами.
Я начала демонической силой сжимать их горла. Они бились, пытались оторвать невидимую руку, сдавливающую шею. Кажется, тогда к нам уже стали присоединятся оставшиеся учащиеся и учителя. А я наслаждалась мучением двух наивных глупцов.
— Так ты тоже любишь издеваться, Мартина? — спросила подходящая ближе девочка. Сьюзи радостно мне улыбалась.
— Не думала, что это такое большое удовольствие. — отвечала я.
Девочка внимательно, будто оценивая, посмотрела сначала на Джека, затем на Линду.
— Смотри какие они беспомощные в твоих руках. Ведь так?
— Да. — мне была всласть такая власть над своими жертвами.
— Они такие мерзкие. Предатели. Вспомни, как они предавали тебя, убегая играть во двор интерната, пока учителя заставляли тебя переписывать работы. Как подставляли тебя в классе, когда ты не учила урок. Как забирали твою порцию обеда, пока ты лежала в лазарете.
— Не слушай её, Мартина! — крикнул сверху Джек. — Мы никогда не делали этого!
— Они издевались над тобой, Мартина. Так отплати им той же монетой. — требовательно сказала Сьюзи, указывая в сторону висящих в пространстве ребят.
Я сжала невидимую руку сильнее. Джек и Линда смотрели друг на друга, будто вели немой разговор между собой. Друг, кивнув, посмотрел на меня. Он не пытался сопротивляться, хотя я сжимала руку сильнее, это и было видно по его краснеющему лицу.
— Мартина… Марти, так мы тебя зовём, помнишь? — он аккуратно следил за моей реакцией. — Вдруг вспомнил сейчас историю, как мы в первый раз сбежали из интерната, чтобы покататься на коньках на недавно открывшемся тогда катке.
Я тоже вспомнила этот прекрасный день.
— Как ты первый раз надела коньки, вступила на лёд, держась за бортик и наблюдая за другими катающимися, которые явно были на льду не первый день, потому как исполняли сложные фигурные акселя и тулупы. И я тоже пытался повторить их. Кстати, у меня неплохо выходило! А помнишь, что было потом? — с надеждой спросил он.
На глазах появились слезы, но я пыталась сдерживать этот порыв, хотя в итоге победили всё-таки они.
— Конечно помню! Ты увидел, как я поникла, наблюдая за тем, как другие хорошо катаются. И, взяв меня за руки, выкатил в центр катка. Заручился научить меня некоторым прыжкам. Я была так счастлива в тот момент. Ты начал меня кружить, держа за талию, а затем сказал быть готовой аккуратно приземлиться, но как не сказал! И я, не успев сориентироваться, в моменте, когда ты подбросил меня вверх, свалилась на тебя. Упав друг на друга, мы смеялись во весь голос. И пролежали так на холодном льду очень долго. А на следующий день оба слегли с ангиной!
Я смеялась сквозь слёзы. Джек тоже, видимо, был рад, что пробудил во мне меня настоящую.
— Эй, Мартина! Не слушай его сладкие рассказы! Ты помнишь наш уговор. Выполняй свою задачу. — раздражённо сказала Сьюзи, заходя ко мне за спину.
— Нет, я не могу так поступить со своими друзьями! — во мне будто боролись ангел и демон, добро и зло, и никто не хотел уступать другому.
— Не можешь? Эти друзья — твои же враги. И не существует в этом безнадёжном мире настоящей дружбы! — Сьюзи говорила это так уверенно, что многие бы повелись на её уверенные возгласы. Но мне всё ещё мешала личная внутренняя сила перейти на сторону дьявола.
— Как ты можешь такое говорить, если сама, наверное, никогда ни с кем не дружила, потому что сторонилась всех сверстников, как псих-одиночка! — я крикнула это раньше, чем успела подумать над словами. Но было уже поздно. Сьюзи посмотрела на меня совсем другим, полным ярости, взглядом.
— Что ж, если ты так напрашиваешься, то я расскажу тебе свою историю.