Революция убивается в Москве. Нужно сказать народу, кого ему бить…
Нужно начинать налаживать эту связь…». Внимательно слушали и, молча, понимали.
Могучий агитатор Проша… В круглых кавказских глазах смеющийся огонь сбегает со струйками дыма по трубке. Была глубокая ночь, в которую мы уезжали к Сиверсу и Кеквидзе.
На солнце веселыми искрами блестит крест на Митрофании9. Протяжным заунывным басом гудят колокола… Работа кипит. Нет тоски.
Украйна предмет вожделений всех партий – горела в пожаре восстаний… Страшна сила земли…
В Воронеже на Грузовой10 притаилось Бюро ЦК украинских левых с-р11, центр прифронтового руководства повстанчеством… Пытались установить боетанку12 на Набережной…
Организовали паспортное бюро, граверную мастерскую, переправы на Украйну… Увязались с Сахаровым13, Рындиным, Авиловым, Сиверсом, Кеквидзе…
Началась перекочевка революционных сил на Украйну и оружия. За кордонами гудела артиллерия. Мускулы кипели жаждой борьбы с врагами. Земля глухо дрожала. Грозная мужицкая сила наступала все ближе и ближе.
Шли дни и месяцы… На Украйне был гетман….
Украйна горела в огне восстаний. Карательные экспедиции знобили села и города.
Работа кипела… Без колебаний шли одна за другой группы революционеров через Воронеж-Курск с ясными лицами и простой задачей – побороть в рядах восставших и гетмана и Петлюровщину-Раду, пусть пожертвовав жизнью.
Все было готово… Не задерживались паспорта… делали. Воронеж – центр в решительный момент, чтобы к назначенному времени быть в рядах всеобщего восстания, почти все члены Всеукраинского Повстанкома14 решили покинуть мирно спящий Воронеж для кипучей работы за кордоном на Украйне… Нас осталось трое для «пропуска»… Последняя группа в 5 человек высадилась в Палатовке. Кончились [дни] конспиративных замкнутых бесед, сговоров. Нужна работа в гуще, в огне…
Все устроено. Вопрос решен. Кончились советы, томительное ожидание. Но за ними следили… Кто? Откуда? В Москве иль в Воронеже?.. А, может быть, то горшее, что «народная молва» приписывала этому факту.
В Палатовку приехали днем.
К вечеру нашли явку… «Веревочка» перехода была определена, согласована, налажена. До вечера томились без выхода… С рассветом на Украйне.
Часть ушла гулять… Один лишь остался на тяге… Долго бродили. Луна пьяная от чудного вечера бродила по небу, как и они от предвкушения сладости подвига…
Сидели на обрыве, не думая об опасности, горя лишь мечтой о борьбе, победе. Шли домой, на квартиру.
Мина Капелюш вошла во двор первая. Другие задержались на улице. Стучала в дверь… Света в окнах не был. Жуть молчания…
Закралось подозрение. От ворот подошли несколько человек… С ними один из группы…
– Не беспокойтесь Мина… Товарищи хотят наши документы проверить…
Отворили дверь… Втиснулись. Зажгли списку, обнаружив полнейший беспорядок, словно после разгрома. Зажги свечу
– Ваши документы.
Вошедших было 4, один остался у дверей. Старший для вида рассматривал внимательно документы, бумаги…
– Они! Они!
И сразу наставили наганы.
Мина остолбенела от непонимания того, что собираются сделать эти страшные люди, вооруженные с ног до головы, с зверскими, наглыми ненависти глазами.
Спросила просто, глядя в их свирепые глаза.
– Кто вы и чего хотите?
Молча обменялись они взглядами.
Старший подошел к ней вплотную с враждебно-ехидным вопросом: