— Ясно. А что за второе сообщение?
— Это было сообщение о том, что в Нагасаки завтра прибывает князь Новиков.
— Почему оно вас так испугало?
— Оно меня не испугало, — сохраняя совершенно бесстрастный вид, ответила Надежда.
— Не очень убедительно.
— Давай об этом позже, — отчеканила Надежда. — Я полагаю, что князь Новиков…
«Она боится, что вы ее бросите, шеф», — вдруг сделала вывод Альбина.
От вывода фамильяра я даже вздрогнул. Звучало странно, но возможно Альбина права. Очень похоже, что бесстрашная кавайная княгиня, оказавшись против неожиданно могущественного противника, действительно сейчас боялась остаться одной.
Надежда в этот момент по моей реакции что-то почувствовала, вздрогнула и осеклась. Внимательно посмотрела мне в глаза, но мысли прочитать не смогла и заговорила снова.
— Я полагаю, что князь Новиков предложит вам с Наоми вернуться в род. И мне кажется, с учетом сложившейся ситуации, для вас это будет лучшим решением.
— Почему?
— Потому что ты войдешь в сильный княжеский род, получишь пару жен и будешь спокойно жить. Пусть не хватая звезд с неба, но жить, насколько тебя хватит в освоении дара. Сегодняшние, вернее уже вчерашние события показали, что в ином случае твоя жизнь может стать невероятно короткой.
Вот почему Надежда не забрала подходящую нам четверку с корабля, вот почему высказывалась о нашем будущем и о наборе команды неопределенно. Понятно теперь, что имела в виду вариант мое согласие закончить свою самостоятельность.
— Я пойду бесправным султаном, султанчиком даже, в гарем, а вы останетесь разгребать все здесь одна? Да ерунда же. Так, хотя подождите… если подумать…
— Подумай, — с каменным лицом произнесла ее светлость.
— У меня есть решение, но прежде всего один вопрос.
«Шеф, я бы не советовала».
— Задавай уже, время идет, — холодно произнесла Надежда.
Что-то она в недавнем монологе про время не особо вспоминала. Да и часа еще не прошло, совсем недолго беседуем.
— Ты боишься, что я уйду под крыло Новикова, а тебя оставлю наедине с возникшими проблемами?
Лицо Надежды на пару мгновений исказилось тенью темной трансформации. Она открыла было рот, но говорить ничего не стала. Ну да, имеет право хранить молчание.
— Не обижайся, я специально так провокационно. Мы ведь ввязались в это дело вместе и мне сейчас было весьма оскорбительно думать, что ты всерьез рассматриваешь вариант, что я могу тебя бросить даже не на полдороги, а в самом начале пути. Успокойся, разберемся со всем. Верь мне.
Несколько минут ее кавайная светлость явно не знала, как отреагировать на такую неожиданную для нее подачу.
— Странное ощущение, — после долгого раздумья пожала плечами Надежда. — Мне кажется, что это, наверное, я должна тебя успокаивать, а происходит почему-то наоборот.
— Да, так иногда бывает. Ты уверена, что Новиков захочет со мной поговорить?
— Уверена. И не просто поговорить, а точно попытается вернуть вас с Наоми в семью — он уже через Велльсгаузена связался с Соколовым, чтобы предупредить о своем появлении.
— У меня нет никакой другой семьи, кроме Наоми.
— Не советую говорить об этом князю Новикову столь прямо.
— Постараюсь. Впрочем, надо будет спросить саму Наоми, мне кажется ей было бы неплохо попасть под крыло сильного рода.
— Да, ей стоит задать вопрос… — начала было Надежда, как вдруг осеклась.