Длиной в неизвестность (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

в ближайшее время не приеду а там посмотрим.

ничего не безнадёжно да?

готов поспорить что ты сейчас сидишь с унылым лицом

не делай так

Тору прекрати сейчас же

Тору я не могу на расстоянии вытирать тебе сопли/

Тору читал сообщения и смеялся. Конечно, Юра отдал блокнот именно ему. Он знал его так хорошо, что никто не мог и рядом стоять. Тору не ожидал, что снова будет на грани того, чтобы расплакаться. А Юра знал. Наверняка, чувствовал. Наверняка, ему тоже было больно не писать и ещё больнее – писать. Безвыходная ситуация, из которой он точно нашёл бы выход.

Т: /Не плачу я/

Ю: /но уже рядом с тем

завтра запишу тебе голосовые на все случаи жизни будешь слушать скучать по мне и плакать/

Т: /Лучше звони/

Ю: /стараюсь/

«Ничего ты не стараешься, – подумал Тору, отвернувшись от экрана, – а я жду, как дурак».

Юра прислал короткое голосовое, в котором желал Тору доброй ночи, хорошо выспаться и удачного следующего дня.

Он переслушивал его три ночи подряд, пока Юра не прислал с десяток голосовых и завершающее их короткое: «Читай, больше не хочу ждать». С запятой. Наверное, впервые за всё время их общения.

Сначала Тору замешкался, но позже понял, что только что получил разрешение. Он запер дверь в комнату и, включив свет, сел за стол. Перед ним лежал тот самый блокнот, который никак не давал ему покоя.

Тору глубоко вдохнул и, успокоив сердцебиение, скрипнул стеснительным переплётом. Первые несколько страниц были жестоко вырваны: обрубки бумаги волнами торчали наружу. Тору нерешительно к ним прикоснулся. Повеяло холодом. На мгновение ему показалось, что он держал в руках историческую ценность, принадлежавшую давно покойному человеку.

Тору посмотрел в правый угол первой страницы. Май. Май, в который он осмелился сделать свой шаг. Как символично.

Вторая страница. Дата…десять лет назад? Нет, предыдущая страница была написана позже и, по-видимому, неумело вклеена вперёд. Её вид казался случайностью, поэтому сначала Тору не обратил на неё внимания, но интерес заставил его вернуться.

Шаг тридцать восьмой. Дневник снов Юмэ

«Пролог не должен писаться позже эпилога, но и всё то, что я писал здесь, тоже не должно было существовать. Я пишу это, зная, какой конец будет у нашей истории. Я написал её до конца, от корки до корки.

У Вселенной свои законы, которых мне, к сожалению или к счастью, никогда не понять. Создавая мир по её образу и подобию, я не думал, что смогу сделать его настолько масштабным. Я вообще редко думаю, когда что-нибудь создаю. Помнишь, я однажды сказал, что быть создателем – слишком большая ответственность? Я именно это имел в виду. Сейчас ты, наверное, не понимаешь, о чём я говорю, но, прочитав эти записи, надеюсь, сможешь меня простить. Я не сумасшедший, ты знаешь. А я знаю, что ты сможешь понять меня, если захочешь.

Этот дневник никогда не имел адресата. Я записывал в него всё, что считал важным, но действительно важное началось с той страницы, которую ты в дальнейшем назовёшь первой. Поэтому я вырвал остальные листы и сжёг их, не видя ничего ценного в том, что на них осталось. Знаю, что не обидишься на косноязычие. Используй переводчик, если что-то покажется слишком русским, странным или двусмысленным. Но почти с твёрдой уверенностью скажу, что ты всё понимаешь правильно.

И, пожалуйста, не забивай себе голову всякой ерундой. Я страсть как не люблю унылых людей. Почти всех, за редким исключением.

Не знаю, с какого момента этот дневник твой. Но если он у тебя в руках, то всё уже складывается лучше, чем могло бы.

— Юра»

Тору зажмурился, попытавшись прогнать наваждение. Он несколько раз перечитывал «пролог» и пытался осознать то, что было в нём написано. Создатель, история, – пока что всё выглядело граничащей с безумием бессмыслицей, но не казалось похожим на неудачную шутку. Он доверял Юре и поэтому продолжил читать. К тому же, Юра попросту не умел неудачно шутить.

**/**/****

«Акияма Тору. Встретил кого-то нового. Похож на китайца, но нет, японец. Выглядит всегда растерянным и немного глупым. Слишком вежливый. Понаблюдаю чтобы понять. Назвал меня «Юмэ». Не знаю что значит, но звучит хорошо и сладко, как будто латте разлили на новую скатерть. Только латте не воняет кислятиной».

Тору почувствовал, как тело сковали мурашки. К горлу подступила тошнота и подступала всякий раз, когда он натыкался на по-детски криво написанное «Юмэ». Это не могло быть правдой. Это просто не могло случиться на самом деле.