— Я не знаю, Николай Петрович! Не знаю. Я его везде искала!
Дело происходило в фойе актового зала Ленинградского политехнического университета. Перед Юлей стоял заведующий кафедры охраны окружающей среды. Нового, блестящего, перспективного направления.
Заведующего звали Николай Петрович Бургасов. Низенький, пухленький. С круглой лысеющей головой. Он потер лоб.
Как теперь быть? Их гость — Михаил Григорьевич Бокин. Публицист. Участник конференции ООН по выработке мер против загрязнения планеты.
Сейчас он должен выступить. Докладчиком на первой всесоюзной конференции по научно-техническим основам безотходного производства.
— Я его уже объявил, — сказал Бургасов. Он нетерпеливо сжимал и разжимал кулаки. — Начало через минуту. Где же он?
Вокруг ходили люди. В основном, мужчины. Пожилые, представительные. Солидные. В костюмах с галстуками. С портфелями и дипломатами. Ассистенты и аспиранты бегали туда-сюда. С бумагами и книгами.
— О, вот же он! — Юля первая увидела Бокина. Тот поднимался по лестнице. В сопровождении помощников и коллег. — Здравствуйте!
Бургасов бросился навстречу.
— Михаил Григорьевич. Ну что же вы! Конференция уже началась! Ждем только вас.
Бокин подошел ближе. Высокий стройный мужчина. Лет пятидесяти. Моложавый, подтянутый. Смуглый. Над верхней губой густые усы. Глаза черные и проницательные. В руках папка с бумагами.
Он славился беспощадной борьбой за экологию. Выступал на съездах партии и в стенах Академии наук с докладами. Почти убедил общественность, что нужно срочно взяться за защиту природы.
— Прошу прощения, Николай Петрович, — сказал он. — Готовился к докладу. Засиделся.
Но Бургасов не обиделся. Он спешил обратно на конференцию.
— Отлично. Рад, что вы пришли. Я пойду на сцену, а вы проходите в зал.
Сделал знак Юле. Чтобы поторопила гостя. А сам укатился за двустворчатые двери.
Бокин хотел последовать за ним. Юля любезно улыбалась. И указывала, куда идти.
Но тут Бокина остановил студент. Молодой вихрастый парень.
— Вы Бокин? — спросил он. — Это вам. Я должен передать. Очень срочно.
И вручил Бокину сложенную записку. Юля обмерла от ужаса. Безошибочной женской интуицией она поняла, что теперь Бокин точно опоздает к началу выступления.
Точно. Бокин прочитал записку, свернул. И отправился прочь от дверей. Через фойе к проходу дальше.
— Куда же вы! — в отчаянии закричала Юля. Если докладчик опоздает, Бургасов ее убьет. — Ваше выступление начинается!
— Одну минутку! — Бокин поднял ладонь. — Я быстро. Туда и обратно. Дело, не терпящее отлагательств.
Он скрылся в проходе. Помощники бросились за ним, но Бокин приказал им остаться.
Юля и ассистенты ждали минуту, две, три. Из зала выскочил разъяренный Бургасов.
— Где он? — взревел он. — Где? Его ждут пятьсот человек! Секретарь обкома! Замминистра! Где он?
Бедная Юля указала на проход. Бургасов рванулся туда. Ассистенты за ним. И Юля тоже.
Они промчались по коридору. Заглянули в одну аудиторию, в другую. Всюду ходили студенты. Попадались преподаватели. Профессора. Но Бокин как сквозь землю провалился.
— Как? — кричал Бургасов. — Как ты могла его отпустить? И даже не узнала, куда он идет?
Юля всхлипывала. Вытирала глаза платочком. Ее роскошная грудь сильно вздымалась.