— Мне пришлось отдать ему меч. Он собирался навредить Зи.
Выражение его лица помрачнело.
— Меч позволит ему снова направлять драконий огонь. С Экскалибуром в руке он может уничтожить Землю. Я не верю, что он думает, будто ты Дитя Тьмы, но я думаю, что он сам может быть Дитём Тьмы.
Ужас расцвел в груди Урсулы. «Я доставила Экскалибур прямо в руки Дитя Тьмы».
Баэл расхаживал взад-вперёд.
— Никто не сможет победить Люциуса, пока у него есть Экскалибур. У нас есть только один вариант. Мы должны пойти к фейри. Они — наша единственная надежда. Ты должна призвать огонь Эмеразель, чтобы мы могли сбежать.
— А как же Зи и Сера?
— В каждой войне есть жертвы, — прорычал он.
Урсула встала.
— Я не могу бросить их здесь. Они обе не раз спасали мне жизнь. Они спасли и твою жизнь тоже…
— Когда они заставили меня пить из твоих вен.
— Ты бы умер, если бы они этого не сделали.
— Может быть, мне следовало умереть, — Баэл сказал это так тихо, что Урсула почти не расслышала его. — Ты правда думаешь, что я хочу, чтобы Сера погибла? На протяжении столетий она была практически единственной, с кем я общался, но сейчас у нас очень мало вариантов.
— Погоди-ка, — Урсула свирепо посмотрела на него. — Что значит «тебе следовало умереть»? Это как-то связано с твоей склонностью ввязываться в драки? Когда-то ты был Мечом Никсобаса, предводителем его армии, и всё же ты подвергаешь себя опасности, не заботясь о своей личной безопасности.
Тени роились в его глазах.
— Иногда нет времени на расчёты. Нужно действовать, невзирая на последствия.
— Это и есть твоё объяснение твоего желания умереть? — Урсула покачала головой. — Я тебе не верю. Это не всё. Никсобас не поставил бы тебя во главе своих легионов, если бы ты был просто опрометчивым и своевольным. Что-то случилось. В Царстве Теней все говорят, что ты сломлен. Почему? — её мысли лихорадочно метались. Она почти соединила все кусочки мозаики. Урсула только что выбралась из брюха дракона и сама чувствовала себя немного не в себе. Пришло время спросить его о правде. — Что случилось с Элиссой? Почему ты убил свою жену?
Баэл отвернулся от неё, не в силах встретиться взглядом, и она схватила его за руку.
— Скажи мне, — мягко попросила Урсула.
Он долго смотрел в землю, и она практически чувствовала, как эмоции захлестывают его. Наконец, не встречаясь с ней взглядом, он заговорил прерывающимся голосом.
— Это было очень давно. Вскоре после того, как я стал бессмертным. Я был в отъезде, проверял наши виноградники.
Видение красноватых, усыпанных цветами полей вспыхнуло в сознании Урсулы.
— Ты возвращался домой… там был пожар.
Светлые глаза Баэла скользнули к ней, и боль, отразившаяся на его чертах, чуть не разбила ей сердце.
— Откуда?..
— Я увидела видение из твоей памяти, когда ты пил из меня. Это было похоже на древний город.
Всё его тело напряглось.
— Это была месть Эмеразель.
Холодное, ужасное понимание начало расцветать в сознании Урсулы.
— Что именно?