Сейчас он способен на все.
— Значит, не показалось. Вы знакомы. И откуда же, позволишь узнать? — мужчина, который просил у меня прощения, возвращается в свое кресло.
— Потом. Я сам отведу ее, Ринат.
Я опять оказываюсь в воздухе, только на этот раз Яр перехватывает еще и под коленями. Я не собираюсь облегчать ему задачу, так что сцепляю руки в замок и кладу их перед собой.
— Ты нарочно, Кудряшка? Обхвати меня за шею, — он злится.
Молчу в ответ, пальцы сжимаю сильнее. Самой становится больно от собственного упрямства.
— Слушай, спрячь поглубже свои коготки. Ты не в том положении, чтобы взбрыкивать. Я не один сейчас, Ринат — серьезный мужик, сюсюкаться с тобой не станет в случае чего.
Все равно держу руки там, где и прежде.
Яр нарочно подкидывает меня, чтобы испугать. Я предугадывала это, так что его фокус не срабатывает — руки по-прежнему лежат на бедрах.
Он выдыхает в потолок и начинает подниматься. И мне становится еще обиднее от осознания того, что ему это дается вообще без всяких проблем. У него даже дыхание не сбивается.
Мы оказываемся в просторной спальне с балконом. Посреди комнаты стоит огромная кровать, на противоположной от нее стене есть еще какая-то дверь. Большой белый комод, две маленькие тумбочки, картина над изголовьем.
— Отпусти меня… Отпусти, пожалуйста… — меня окончательно вымотал этот день, я теперь могу только шептать.
Тошнота опять подкатывает к горлу, я колочу Яра по плечу, второй ладонью зажимаю рот.
— Что? Что с тобой? — он теряется.
Вздрагиваю от нового спазма, жмурюсь. Ресницы влажные от слез.
Он, наконец, догадывается. Ставит меня на пол, сам быстро распахивает ту самую дверь.
Я едва успеваю долететь до унитаза, прежде чем меня выворачивает. Кое-как сгребаю волосы на затылке, задыхаюсь в приступе сильного кашля.
Пытаюсь отодвинуться от Яра, когда он оказывается слишком близко и его ладонь ложится поверх моей на затылке. Здесь слишком мало места — с одной стороны стена, с другой его огромное тело.
Как же, должно быть, жалко я сейчас выгляжу. Во рту стоит кислый привкус желчи.
Ярослав помогает мне подняться, сил отбиваться больше нет, я истратила все свои батарейки. Он подводит меня к раковине, включает воду. Потом протягивает полотенце.
На кровати я сразу сворачиваюсь в клубок. Тяну одеяло на себя, потому что даже при условии высокого плюса за стеклом мне все равно до трясучки холодно. Пальцы просто ледяные.
— Ты как? — Яр присаживается так, чтобы я могла его видеть.
Закрываю глаза.
— Поговори со мной. Тебе плохо?
— Ты с ними… — выдавливаю из себя. — Ты меня предал, — получается чуть громче.
— Все не так просто. Бл… — он срывается, проводит пятерней по жесткому ежику волос.
Даже в этой ситуации мне приходится гасить в себе то тепло, которое зарождается в животе при виде Яра. Как же я скучала по нему все эти недели. А сейчас вот он, рядом. Обнять можно.
Но нет, мне надо держаться. Показать ему сейчас свою слабость, самолично вручить козырь в руки, с помощью которого он в будущем сможет влиять на меня… Нельзя.
— Да я вообще не знал, что это будешь ты. Ринат мне только утром обо всем рассказал. Поверь, я тоже оху…охренел, когда они притащили тебя. Ты не говорила, что у тебя такие родственники имеются, — Яр меняется в лице, черты становятся жестче.
— Отец? — шевелю губами.