Пришлось учиться драться. Сначала так себе выходило, огребал все равно больно, но потом как-то наловчился. Взрослого мужика мог спокойно уложить, когда сам еще сопляком был.
— А у тебя есть другие варианты, детка? — упираюсь подбородком в ее макушку, продолжаю успокаивающе гладить, чтобы Кудряшка перестала трястись.
— Ни одного… — выдает с сожалением и замолкает.
Какое-то время мы просто сидим в тишине, но уже через минут пять спокойствия оба резко вскидываем головы вверх, когда оттуда начинают доноситься какие-то шуршащие звуки.
Я тут же хватаюсь за ствол, велю Лие сидеть на месте, а сам начинаю обходить овраг с правой стороны.
Одна пуля. Всего одна.
Нагибаюсь, чтобы не попасться на глаза хотя бы в первое время. Так появится шанс придумать что-то экстренное. Все-таки руки мне не оторвали, и я ими тоже кое-что умею.
Бросаю взгляд на Кудряшку. Киваю самому себе, когда замечаю, что она выполнила мою просьбу и притаилась, прижав колени к груди. Сидит тихо, не двигается. Плечи только от дыхания немного приподнимаются.
Я обхожу овраг за деревьями и уже готовлюсь лечь прямо здесь, забрав с собой всех, кого смогу, лишь бы с Лией было все нормально, как вдруг хруст веток повторяется. Только вот передо мной никого.
А дальше я начинаю ржать в голос, потому что испугались мы банального зайца, который сейчас тоже явно прибывает в шоке от встречи с цивилизацией.
— Эй, малышка, подними голову, — я ловлю этого несчастного зайца и подхожу к обрыву нашего укрытия.
Кудряшка, как я и попросил, запрокидывает голову.
— А где…бандиты? — спрашивает и удивленно хлопает глазами.
— А это и есть наш бандит. Потрогать хочешь?
Дожидаюсь кивка и спускаюсь к ней. Малышка восторженно пищит от первого прикосновения к слегка грязной шерстке, а потом смотрит на меня.
— Какой он хорошенький… Может, заберем его?
— Не уверен, что это хорошая идея. Нам бы самим справиться, а заяц станет лишним балластом. Да и дикий он, привык уже к свободе. Хочешь засунуть его в клетку и кормить по расписанию? — вскидываю бровь.
Девочка Лия тяжело вздыхает, последний раз гладит зайца и отпускает его из своих рук. Наглец отпрыгивает от нас на пару метров и продолжает дальше залипать в одну точку. Если здесь водятся охотники, ему осталось недолго. С таким-то пофигизмом.
Протягиваю ладонь девчонке, резко тяну ее на себя. Она от неожиданности тыкается в мою грудь и замирает, когда я по инерции укладываю руки на тонкую талию. Сколько всего я бы мог с ней сделать, если б не эти уроды…
— Ты оставляла в залог паспорт или деньги, когда заезжала сюда?
— Деньги… Пару тысяч. Обещали вернуть, когда я освобожу домик, если внутри все в порядке будет.
— А паспорт у тебя где?
— В вещах в сумке. Спрятала на всякий случай.
— Ну это ты молодец, что спрятала. Только не думаю, что это надежное место, где его невозможно будет найти. Придется нам расширять будущий маршрут, — констатирую, нахмурившись. А потом осознаю, что вся информация по Кудряшке уже забита в общую базу администратором. При большом желании достать можно.
Нет, надо убирать этих двоих. Причем срочно, пока они не успели передать информацию о Лие своим дружкам. Иначе ее в покое уже не оставят.
— Попробуем вернуться в дом. Соберешь шмотки, пока я буду с делами разбираться.
— Я не хочу без тебя… — говорит, а сама цепляется за меня сильнее. Пытаюсь отодвинуть, чтобы в глаза заглянуть — ни в какую.
— Придется, малыш. С тобой ничего не случится, обещаю. Я приду за тобой, как только разберусь со всем.
— Пообещай.
— Да обещаю, обещаю. Ну не бросать же тебя здесь, когда ты каждого безобидного зайца пугаешься, — поддеваю Кудряшку, чтобы она перестала так доверчиво жаться ко мне.