— Черт, как же больно… — ругаюсь себе под нос, пытаюсь подняться, игнорируя пульсирующие ощущения, исходящие от последствий падения.
Разбила, отлично. Еще и обе разом.
— Девушка, как вы? — ко мне подбегает какая-то незнакомая женщина. — Здесь медпункт неподалеку. Давайте я вас отведу?
Сколько микробов могло попасть в открытую рану, пока я еще не успела встать… Да и кровь надо как-то остановить. Не буду же я искать Яра, оставляя за собой кровавый след.
— Спасибо, я в порядке. Не нужно провожать, я смогу дойти, — приветливо улыбаюсь в ответ и делаю первый шаг в сторону уже знакомого кабинета со специфическим запахом лекарств.
Добираюсь до него в итоге, не так быстро, как хотелось бы, но я все же оказываюсь внутри, встречаясь взглядом с медсестрой. В прошлый раз ее здесь не было.
Она смотрит на мои колени и понимающе кивает в сторону кушетки.
Почему я вообще выбрала шорты? Джинсы могли бы хоть как-то смягчить падение.
Я шиплю, когда девушка начинает обрабатывать мои боевые раны. Впиваюсь ногтями в кушетку, стоит ей начать оттирать грязь. Ну что за невезение такое…
Из кабинета выхожу со слегка мокрыми глазами. Коленки печет, слезы продолжают скапливаться в уголках от какой-то ужасной несправедливости этого мира, но я упрямо кусаю губу и сдерживаюсь. Еще чего не хватало — реветь на пустом месте.
Заворачиваю за угол и вижу тех самых мужиков, которые ввалились в мой домик. Машинально пячусь за стенку.
— …он половину наших положил, это уже дело принципа.
— А если он уехал? Зачем ему здесь торчать?
— Да куда он мог уехать? Генка говорит, что точно его подстрелили — в лесу была кровь. Может, подох где-то под кустом, а мы не заметили. Еще немного поторчим здесь и сматываемся. Только я перед этим к той куколке загляну.
— Че, зацепила баба? Она ж тебя не впустит.
— А я сам зайду, как в прошлый раз. Просто уверен, что целка. Люблю таких.
Я зажимаю себе рот ладонями, чтобы не закричать. Мне почему-то кажется, что он именно меня имел в виду.
Получается, даже если Ярослав сейчас сбежит, чтобы не подставлять меня — я все равно окажусь в опасности.
Боже, когда я успела ввязаться в какую-то опасную игру, где вместо ставок человеческие жизни?
— Ладно, пошли еще поищем. Сам лично его закопал бы…
До меня долетают тяжелые шаги, я выглядываю из-за своего укрытия. Они ушли, в коридоре теперь пусто. Поправляю бейсболку, очки. Убеждаюсь в том, что все на месте.
На улице теперь я оглядываюсь в два раза чаще. Наверняка выгляжу странно со стороны, но, в конце концов, мало ли какие у людей тараканы? Может, у меня психическое расстройство и я постоянно считаю, что за мной следят?
Я прохожу возле главного корпуса, заглядываю внутрь через большие панорамные окна. В какой-то момент под воздействием грубого рывка меня тянет в сторону, и я оказываюсь прижатой к бревенчатой стене.
— Какого хрена, Кудряшка? Я просил тебя оставаться в доме, — Яр нависает надо мной с таким взглядом, будто хочет убить. У него раздуваются ноздри от злости, брови максимально сведены к переносице.
— Я хотела убедиться, что с тобой все будет нормально, — пищу, упираясь ладонями в его грудь. Воздуха как будто мало, когда он так напирает.
— Серьезно? И что со мной будет? Я хотя бы могу позаботиться о себе, а ты на что способна этими хлипкими ручонками?
Он ломает мое сопротивление тяжелым телом. У меня действительно сильнее сгибаются руки в локтях, Яр прижимается ко мне еще ближе. Горячие мужские пальцы сжимают горло.
Теперь мне и правда сложно дышать.
— Мне даже напрягаться не надо, — шепчет на ухо. — Переломить твою шейку — как два пальца.
— Ты меня пугаешь…