«Черт», — пробормотал я себе под нос, проводя рукой по бороде.
Затягивание с этим только усложнило бы ситуацию, ранило бы еще больше чувств.
Она была такой расслабленной и счастливой, сидя напротив меня у Дино. Такая чертовски великолепная, что я не мог смотреть прямо на нее или отвести взгляд. А потом свет прямо из нее потух.
Я сделал это. Я погасил его.
Но это было чертовски правильно.
Скоро я почувствую себя лучше. Я всегда так делал. Пришло бы облегчение от прекращения осложнений, и я бы не чувствовала себя таким… выбитым из колеи.
От нечего делать я открыл крышку своего третьего пива.
Был понедельник. Я провел весь день в Whiskey Clipper, переезжая в свой офис, когда клиенты и сотрудники начали бросать на меня неприязненные взгляды. Слухи быстро распространились в Нокемоуте. Я планировал поработать сегодня вечером в баре, но когда я вошел в дверь "Хонки Тонк", Макс и Сильвер освистали меня. Потом Фи подбросила мне злобный взгляд и сказала, чтобы я возвращался, когда научусь быть меньшим мудаком.
Вот почему я не связывался с сногсшибательными женщинами.
Они были злобны, как гремучие змеи, когда их выводили из себя. Итак, я был здесь. Дома ночью. Наслаждаясь своим одиночеством.
Скоро все это уляжется. Я бы перестал чувствовать себя дерьмово. Наоми переживет это. И все бы двигались дальше, черт возьми.
Уэйлон издал еще одно ворчание и бросил острый, поникший взгляд на свою пустую тарелку из-под еды.
«Хорошо».
Он спрыгнул вниз, и я покормил его, затем вернулся в гостиную, где плюхнулся на диван и потянулся за пультом дистанционного управления.
Вместо этого мои пальцы нащупали рамку для фотографии. Поскольку мне больше нечем было заняться, я взял его в руки и изучил. Мои родители были счастливы. Они построили жизнь для меня и Нэша.
Пока все это не рухнуло, потому что фундамент был неустойчивым.
Я провел пальцем по улыбающемуся лицу моей мамы на фотографии и на мгновение задумался, что бы она подумала о Наоми и Уэйли.
Что бы она подумала обо мне.
Сделав большой глоток из бутылки, я переключил свое внимание на лицо моего отца. Он не смотрел ни в камеру, ни на того, кто сделал снимок. Его внимание было приковано к моей маме. Она была светом и связующим звеном. Все, что делало нашу семью сильной и счастливой. И когда она ушла, мы замкнулись в себе.
Я отложил фотографию в сторону, чтобы мне больше не пришлось заглядывать в прошлое.
Прошлое и будущее были двумя местами, где мне не следовало находиться. Единственное, что имело значение, было прямо сейчас. И прямо сейчас… ну, я все еще чувствовал себя дерьмово.
Готовый отключиться на всю ночь, я снова потянулся к пульту дистанционного управления, когда громкий стук заставил Уэйлона галопом подскочить к входной двери, хлопая ушами.
Я последовал за ним более достойным шагом.
Когда я открыл дверь, в комнату ворвался свежий сентябрьский вечерний воздух.
Нэш стоял на пороге, стиснув зубы и уперев руки в бока.
«Тебе повезло, что мне приходится делать это правой рукой».
«Делать, чт…»
У меня не было шанса закончить вопрос, прежде чем кулак моего брата врезался мне в лицо. Как и любой хороший удар, он зазвенел у меня в ушах и отбросил меня на целый шаг назад.
«Ой! Черт! Какого черта, Нэш?».
Он протиснулся мимо меня и протопал внутрь. «Что я тебе говорил?» — прорычал он через плечо. Он открыл мой холодильник и налил себе пива.