Как только парень очутился вне пределов Ложи, он в лёгкие как можно больше втянул свежего воздуха, стараясь успокоить себя и прогнать гнетущее головокружение. Угомонив отчасти душевные терзания, спрятав их куда подальше, он пошёл туда, откуда сможет начать сбор тех, кто ещё не продал души на мимолётное удовольствие, как можно быстрее удаляясь от входа в проклятые пещеры.
– Мальчик мой, как ты? Ты, наверное, голоден? Я сейчас что ни будь, принесу, – прозвучали слова, наполненные мягкостью и заботой в тот момент, когда Азариэль переступил порог кухни Ордена. – Может тебе замесить шоколада с апельсином.
– Здравствуй, Люсия. – Безрадостно тяжело молвит юноша, ступая в довольно обширное помещение, заполненное столами.
Азариэль видит перед собой добродушную и покорную прислугу Ордена, чьей одеждой стало грубое чёрно-серое платье, заляпанное пятнами жира. Он не чурается общения с прислугой и был рад помочь женщине перед собой, когда Ремиил назначил ему наряд по кухне и с тех пор эльф сдружился с нордкой-служанкой. А потом… Люсия делала ему любимое лакомство из детства – смешанные шоколад и апельсин, создавая конфеты, которыми кормил его отец.
Её светло-голубые глаза полны добродушия и внутреннего света, а чёрный мягкий волос, на котором медленно начинает проступать седина, только прибавляет шарму к образу.
– Как ты, Азариэль, а то выглядишь совсем угрюмый. И забыла сказать – спасибо тебе за помощь со швабрами позавчера. Вы тогда с Аквилой хорошо подсобили с чистотой.
– Пожалуйста. Кажется, у нас проблемы.
– Ты о…
–Да, Регент мне рассказал о том, что произошло в Ордене, когда меня не было. И я теперь не знаю, как мне поступить, – поникнув, заключил юноша, кратко добавив. – Я потерян.
– А Аквила? Вы с ней хорошие друзья и она явно совет хороший тебе бы дала.
– Не упоминай о ней, – вырвались сдавленные слова и Азариэль ухватился за грудь, когда сбилось дыхание, и возникла холодная тревога у сердца.
– Настойку из лаванды и голубого горноцвета? Валерианы? – обеспокоилась Люсия, коснувшись плеча юноши. – Ты в порядке?
– Со мной всё хорошо, – помотал головой юноша. – Хорошо. Я спускался в место, которое называют Ложей. Там полный мрак творится. Как у вас на кухнях отнеслись к происшествию?
– Я никому не говорила, но ты парень хороший… короче, кто-то помышляет поддержать того мужика… как его там…
– Люций.
– Именно. И даже у нас полный мышигаз. Азариэль, что происходит?
– Я не знаю. Скажи, Люсия, есть место, где можно собраться мне и…
– Я поняла, – резко сказала девушка, поворачиваясь в сторону кухни. – Собери всех, с кем хочешь встретиться и приходи ко мне в комнату пятнадцать. Ступай и береги себя. – И совсем отвлекаясь от юноши, она крикнула. – Миранда! Замени меня!
Альтмер быстро вышел из кухни и направился к главным воротам Цитадели, чтобы за её пределами найти тех, кто поддержит его. Юноша обратил голову ввысь, будто бы ища помощи у богов, но небеса были всё так же безлики и поникшие в полнейшей серости, будто говоря о том, что судьба Тамриэля предрешена и неукоснительно закончится роком. Но не единая небесная слеза ещё не пала на эту землю, небосвод ещё не зарыдал, будто храня плач для развязки.
В воротах, под массивными сводами, юноша встретил человека с тёмно-седыми волосами и блестящем цельном доспехе. Свет брони поник в липком слое крови и сажи, которое запятнало полотно брони, не касаясь яркого солнца на торсе. Глаза, отлитые серебром, сияют радости, а на отмеченном сажей и царапание лице мелькает редкая улыбка.
– Рыцарь Ремиил! – поднял руку в поздравлении юноша.
– Здравствуй, Азариэль, – начал вдохновенно Ремиил. – О той заварушки у Гринхарта…
– Мне нужна будет твоя помощь. – Сразу кинул Азариэль, перебив рыцаря.
– Что случилось? – увидев обеспокоенность на лице парня, спросил Ремиил.
Азариэль ему рассказал обо всём – поведал о том, что случилось здесь несколько часов назад, пока их не было. Рассказал ему о том, что произошло, как Орден оказался на пороге раскола, как средь его рядов нашлись предатели, с которыми методом обычной декапитации не справиться. Рассказал о предателе Люции и о том, что нужно будет прийти в комнаты для прислуги, чтобы решить с кем они и возможно ли предотвратить раскол.
От услышанного откровения старый рыцарь стал бледнее чем драугр из древних нордских крипт. Единственное, что он вымолвил, прежде чем уйти в безмолвии:
– Хорошо, я приду, – тяжело сказал рыцарь и с тяжким видом ушёл в башню.
Юноша распрощался с рыцарем и пошёл дальше, его путь лежит к самому краю острова, где лежит небольшое селение. Азариэль быстрым шагом, срываясь иногда на бег приближается к небольшой магической плите, на которой красуются различные символы аэдрического текста. И в яркой вспышке света парень растворился, оставив после себя только лишь пустоту.
Азариэля перенесло на самый край острова, где раскинулись сельскохозяйственные угодья. Довольно солидная деревенька утыкается прямо в море, уходя широкими рыболовецкими хозяйствами. По просторным улочкам гуляют крестьяне, свободные от налогового гнёта Империи, но подчинённые Ордену. Давным-давно между Империей, крестьянами и Орденам заключён был пакт – крестьяне не платят налогов в казну, но подчиняются законам страны и удовлетворяют орденские нужды.
Средь деревни скоро передвигается Азариэль. Тут и там ему попадаются дома, преимущественно выполненные в сиродильском стиле, но на глаза попадалась, и архитектура из бретонских деревень и скайримских мелких поселений. Из каких краёв переселенцев было больше, из таких стилей преимущественно и состоят дома, давая знать, какого населения тут больше.