Утром меня не будили. Наверное, потому, что мама сама ещё спала. Праздник закончился далеко за полночь. Самые близкие из гостей остались ночевать. Остальные разъехались под утро. Надеюсь, я не делала ничего неприличного, иначе завтра мои фото будут на всех экранах.
С трудом поднялась, нащупывая на затылке колтун из спутанных волос. Бросила быстрый взгляд в угол: раб уже не спал. Или вообще не ложился? Сидел, глазел на меня. Наверное, есть на что посмотреть: в одном белье, помятая, с размазанным макияжем. Красотка просто.
Пошатываясь, доползла до ванной, поглядела в зеркало. Показала себе язык и умылась. Накинула футболку. Обнюхала себя и решила — душ не нужен. Нужен Джерри.
Вышла, ткнула в коммутатор, вызвала. Сидела молча и пялилась в окно, пока раб распутывал волосы. Жаль, у него неплохо получалось. Стричь не придётся. Джерри ловко собрал волосы в высокий хвост и поинтересовался:
— Сьенна Элианна, вы завтракать будете здесь или в столовой?
— А кто из гостей остался?
— Бабушка ваша велела раньше полудня ее не будить, — тут же понял сообразительный мужчина. — Сьенна Алекс уехала на службу. Сьенна Эжени уже позавтракала. Остались юные сьенны Моник, Брижит и Виола. Ещё спят.
— А который час?
— Половина десятого.
Ого! Так рано? Ну, раз мама уехала, я за хозяйку.
— Завтрак на террасе накрывайте в десять. И разбудите юных сьенн. А хотя я сама.
— Будет исполнено.
Оглянулась на синеглазого: смотрит. Ну пусть. Что с ним делать, я не знала.
Вывалила все из шкафа, разыскала потрёпанные шорты и широкую футболку с логотипом популярной рок-группы «Злые пчёлы». Быстро переоделась. Снова оглянулась и вспомнила:
— Туалет там. Пользуйся, не стесняйся.
И босиком побежала к гостевым комнатам.
Близняшки спали прямо в одежде поверх неразобранных кроватей. Виола оказалась сильнее них: она смогла раздеться и снять макияж. Уважаю и горжусь. В комнате было душно и пахло потом и перегаром. Пришлось раскрывать окна.
— Выключите свет, — простонала Виа и спрятала голову под подушку.
— Шиш тебе. Утро пришло, солнце взошло. Завтрак через полчаса на террасе.
— Уйди, жестокая. Мы потом.
— Потом проснётся бабуля. И завтракать будете с ней.
Как я и думала, девочки тут же окончательно пробудились. Близняшки, визжа и толкаясь, помчались в ванную комнату, застряли в дверях и едва не вцепились друг другу в волосы. Виола молча покачала головой и подняла с пола платье.
— Дашь что-нибудь домашнее?
— Не вопрос. Пошли. Заодно покажу свободную ванную.
Мы прошли в мою комнату.
— Это и есть твой первый? Ничего такой. Дашь потом попробовать?
— Перебьешься. У тебя свой есть.
— Надоел уже. А на нового денег нет.
Я с трудом затолкала ее в уборную, выбрала из кучи одежды на полу платье-майку и чистые трусы, закинула в ванную. Покосилась на раба: он был гол. Его таким доставили. Вряд ли что-то из моего на него налезет. Но у нас ведь есть в доме несколько мужчин. Спрошу у них.
В комнату ввалились близняшки одних трусах, даже без верха. Без зазрения совести принялись копаться в моей одежде. К счастью, обошлось без драки.