— Это не боги, — покачала головой Нави. — Это один бог. Точнее, богиня. Лилит.
Служанка забрала у гостя пустой кубок, у вампирши — блюдо с остатками фруктов и удалилась, тихо прикрыв за собой дверь.
— Она поклоняется Лилит? — спросил Эрфиан. — Тоже мне невидаль.
— Она не поклоняется Лилит. Она ее дочь. Одно из семерых созданий, кому Прародительница подарила бессмертие. А вместе с бессмертием — особый дар. Каждому свой. Миритии — голос.
— Ты в это веришь? Дети Лилит, особый дар?
Нави неопределенно улыбнулась.
— Кто знает, мой маленький воин. На свете есть много удивительных вещей. До встречи со мной ты не знал, что магией Сновидцев могут владеть не только люди с золотыми волосами и фиалковыми глазами. А теперь постиг все секреты сам.
— Почти все.
— Да. Ты прав. Слушай, Эрфиан.
— О боги. Неужели это и правда я?
Янтин сидела на берегу реки и всматривалась в свое отражение. Она проводила пальцами по лицу, кожа которого стала гладкой, как шелк, теребила копну темных кудрей, разглядывала тело, ставшее гибким и сильным, и не могла поверить тому, что видит. Эрфиан устроился под развесистым деревом, бросив дорожную сумку на траву. После трех суток, проведенных у постели женщины-Следопыта, он чувствовал себя разбитым. Как и предупреждала Нави, пришлось отдать все силы, но он об этом не жалел. Из старухи Янтин превратилась в юную девушку. Высокая, смуглокожая, с длинными стройными ногами и гордой осанкой. Совершенное дитя пустыни. После бледной, почти прозрачной Нави, хрупкой, как изящная ваза, Эрфиан редко смотрел на смуглых женщин, но решил, что Янтин хороша. И, пожалуй, он не будет против, если она решит отблагодарить его за подарок. Но потом, все потом.
Словно услышав его мысли, женщина-Следопыт приблизилась. Она не торопилась одеваться, нежась в лучах утреннего солнца.
— Я тебе нравлюсь?
— Ты сама знаешь, что красива.
— Мы отправимся в путь вечером. Дальше нет лесов, придется идти по ночам.
Янтин села рядом с ним и посмотрела на небо.
— Как ты это сделал? — спросила она. — Это магия твоей богини сладострастия?
Эрфиан прилег на траву, положив руки под голову, и закрыл глаза.
— Я должен отдохнуть. Когда начнет темнеть, я найду в лесу дичь.
Он почувствовал, как прохладная ладонь Янтин прикоснулась к его щеке.
— Ты обещал рассказать, зачем тебе вампирша Мирития.
— Она меня позвала.
— Ты в нее влюблен?
Эрфиан улыбнулся, не открывая глаз. Будь она хоть трижды воином, а все равно остается женщиной.
— Нет.
— А в госпожу Нави?
— Не знаю, — ответил он, помедлив.
— Но ведь ты с ней…
Когда пальцы Эрфиана легко сжали ее руку, Янтин вздрогнула, но не отстранилась.
— Зачем тебе это знать?