Я присвистнула.
— Что ж, да, это ненормально.
— Но я же не могу ходить и тыкать во всех подряд колом, правда?
Что—то промелькнуло в его взгляде, и он отвернулся.
— Мы знаем пару приёмных в Ордене. Одна из них мертва. Кажется, её звали Кора.
— Кора Говард, — я нахмурилась, когда её веснушчатое лицо всплыло в моих воспоминаниях. — Её убили пару месяцев назад. Кто ещё?
— Джеки Джордан. Но это не она. Мне удалось "случайно" порезать её остриём кола во время нашей первой встречи. Думаю, она была готова прибить меня прямо там. Но её кровь не забурлила.
Удивленный смех вырвался из меня, и я вспомнила, как Джеки смотрела на него в ту ночь, когда мы узнали, что Трента убили. Она будто с ним и одним воздухом дышать не хотела.
— Правда? Вау. Ладно. Другие?
— Уверена, что хочешь это услышать?
Я приподняла бровь.
— Майлза усыновили.
— Нихрена, — прошептала я. — Прости, но Майлз — Полукровка? У него характер десятилетнего старого куска обоев.
Легкая улыбка коснулась его губ.
— Не думаю, что особенности характера каким—то образом дисквалифицируют его.
— Тем не менее. Не могу представить, чтобы это был он. И он второй управляющий. Как они могли позволить ему добраться до такой должности?
— Просто потому, что они ничего не знают, — подвинувшись ближе, он убрал мой палец от многострадального свитера, который я все это время теребила. — Иногда мне кажется, что было бы намного проще, если бы о существовании Полукровок знал весь Орден, если бы всем было известно о том, что произойдет, когда Принц или Принцесса поймают одного из них, но с другой стороны, такого рода информация может пагубно повлиять на них.
Мне очень хотелось поспорить с ним на эту тему, ведь, как ни крути, знание — это сила, или, как еще говорят, "кто осведомлен, тот вооружен". Но наблюдая, как он водит пальцем по моей руке, поняла, почему он считает такого рода информацию губительной для всех остальных.
— Ты прав, — прошептала я вымученно. — Если об этом узнает каждый человек, то начнется самая настоящая охота на ведьм. Пострадают невинные люди. Как только кто—нибудь что—нибудь учудит, а все мы способны на разного рода заскоки, они сразу же окажутся под подозрением. И будут считаться виновными, пока не будет доказано обратное.
— Именно.
— Ладно.Кто еще?
Как по мне, Майлз был абсолютным исключением. Может, мои рассуждения и не были самыми логичными, но я не могла этого понять, и не знала никого, кто был усыновлён, лишь потому, что это был очень личный вопрос, просто и внезапно возникший у людей.
Он нахмурился и постучал по костяшкам моих пальцев.
— Избранные продолжают поиски остальных, кто может... подходить под описание.
— Другими словами, ты не хочешь говорить мне, кто ещё это может быть.
Он поднял на меня взгляд.
— Ничего личного. Я просто не хочу забивать твою голову мыслями, которым там, возможно, не место.
— Я не знаю больше никого, кто был усыновлён, — настаивала я.
Прошло несколько секунд.
— Мне не нравится держать тебя в неведении, но как я и сказал, я не собираюсь забивать твою голову ненужной ерундой.