Остановившись, поворачиваюсь и спрашиваю:
— Что?
Проклятье, почему мой голос звучит с надеждой? И с надеждой вообще на что?
— Завтра открытие сезона. Первая игра. Ты будешь?
Черт побери!
Я об этом забыла, чего со мной ни случалось… Пожалуй, никогда. По крайней мере с тех пор, как я втюрилась в Долматова. А тут совсем вылетело из головы.
— Завтра? — в замешательстве переспрашиваю.
— Ага.
Проблема в том, что завтра игра у Клюева. Полуфинал. Он, разумеется, меня пригласил, но я сказала что подумаю.
И снова я в тупике. На развилке двух дорог. Как тогда, когда Айдар меня пригласил на День Рожденье. Правда, в тот раз все разрешилось само собой. Но не могу же я все время болеть, в самом деле!
— Я не знаю, — выпаливаю, после чего срываюсь с места.
***
В раздевалке с верхней одеждой обычно много народу, но не сегодня.
Меня задержала классный руководитель. После карантина моя успеваемость хромает. Мне все никак не удается нагнать материал. Особенно, дела плохи с химией. Ладно, с химией у всех дела плохи. А у нас через неделю важный тест. Боюсь, его завалит полкласса, что существенно подпортит наши аттестаты. Горгулья скорее себе руку откусит, чем позволит пересдать тест.
Светлана Леонтьевна с многими, так сказать, отстающими провела беседы. Не то чтобы это что-то решает.
Конечно, на выходных я буду кропотать над учебником, но, будем честны, я все равно завалю эту проклятую химию.
Пробираюсь к вешалке нашего класса, когда замечаю возле нее Каролину.
Первый порыв развернуться и уйти, но я останавливаю себя. Вот еще! Я не какая-нибудь там трусиха!
Королева, разумеется, замечает меня сразу же. Клянусь, эта девчонка меня узнает по шагам! Чем интересно я заслужила такую «честь»?
— Смотрите-ка, кто пришел! — восклицает она, скалясь, точно пиранья, учуявшая свежую кровь.
Закатив глаза, прохожу дальше, где висит моя куртка.
— Устинова, ты похудела или специально берешь одежду на размер больше, чтобы жирной не казаться?
— А ты так пристально следишь за моей одеждой и весом, потому что своей жизни не хватает или как? — колко парирую.
Хорошо, что взглядом нельзя убить. Не то чтобы прямо сейчас Королева не пытается это сделать.
— Мне моей жизни вполне хватает. И я ей довольна настолько, чтобы не вешаться на чужих парней, — вдруг яростно заявляет.
Вешаться? На чужих парней? Она с дуба рухнула? Я бы проверила нет ли у чокнутой жара, если бы не боялась что она откусит мне руку.
— Вот только не нужно притворяться невинной овечкой, — презрительно фыркает. — Я видела вас в том кафе!
Так в этом все дело?
— Но вы с Долматовым не встречаетесь! — в свою защиту восклицаю.
— А ты-то все знаешь, да? — сужает угрожающе глаза, надвигаясь на меня. — Ты всего лишь неделька, Устинова, которую он не может получить. А я девушка, вхожая в его круг. Мы знаем друг друга столько сколько тебе в твоих розовых снах и не снилось. Дар — мой. И чем раньше ты это осознаешь, тем тебе же будет лучше.