Эти двое просто невыносимы! Когда два «самца» местного разлива встречаются в одной комнате их мозг атрофируется.
— Я просто не понимаю, зачем ты пришел, Долматов, — толкнув Рому локтем в живот, мол, заткнись, говорю.
— Так уж и не понимаешь? — изогнув губы в кривой улыбке, переспрашивает.
Ладно, этот разговор точно не предназначен для ушей Клюева. К счастью, Айдар и сам не горит желанием обсуждать наши… К слову, что? Отношения? Недоотношения? Влечение? Короче говоря, то что происходит и названия не имеет.
— Кстати, вижу ты вполне себе здоров! — обращается Долматов к Роме, внимательно оглядывая его. — Надо же, никаких ушибов и смертельных ран!
Все в этой комнате знают, что Клюев тогда соврал. И, по большому счету, я тогда наехала на Айдара совершенно незаслуженно. Конечно, это он подбил Рому на то глупое соревнование, но и у Клюева есть мозги, которыми он должен думать.
— Приятно, что ты заметил и так печешься о моем здоровье!
— Не люблю, знаешь ли, быть виноватым. Особенно за то, чего не совершал.
Рома не находит что ответить. Складывает руки на груди, словно защищаясь, и отворачивается от Долматова.
Никогда еще не чувствовала себя настолько некомфортно в своей же комнате. Мы втроем не можем и несколькими фразами перекинуться, чтобы не начать грызться.
К счастью, нам не приходится снова заводить разговор. В комнату заходит мама с подносом и ставит его на стол со словами:
— Полинка, я тебе все же сделала чай. Выпей, обязательно. Он с малинкой и лимоном, чтобы быстрее выздороветь.
Обреченно вздохнув, киваю головой и буркаю:
— Хорошо, мамуль.
— Вот и отлично! — растягиваются ее губы в лучезарной улыбке. — А вы, мальчики, проследите!
Дождавшись их согласия, мама уходит.
Парни, точно с цепи срываются, подскакивают с мест и несутся к столу, хватают мою чашку с обеих сторон и каждый тянет на себя.
— Я дам чай, — упрямо отрезает Долматов.
— Я сам ей дам, — не соглашается Клюев.
Никто из них уступать не намерен, скорее руку себе отгрызет. Или друг другу. Не знаю, кто из них резко дергает чашку, но в итоге весь горячий чай оказывается на мне. Кожу обжигает, и я с визгом слетаю с кровати. Прыгаю, оттягивая прилипшую к телу ткань, проклиная почем свет стоит двух идиотов.
— Вы совсем из ума выжили? — рявкаю. — Что за детский сад вы устроили?
— Поль, вот полотенце, — услужливо протягивает мне Ромка с виноватым видом.
В это же время Долматов сам машет на меня полотенцем, невесть откуда взявшимся его в руках.
— Придурок! — презрительно фыркает Долматов.
— Сам придурок! — не остается в долгу Рома.
— Кто тебя вообще просил лезть?
— А тебя кто просил сюда приходить?
— А меня просить не нужно! Я если хочу, то сразу делаю!
— И, видимо, перед тем как сделать не всегда получается думать, — едко заключает Клюев.
Боги, дайте мне сил! Что с парнями не так, черт побери? Откуда это вечное нездоровое соперничество? Да они друг друга второй раз в жизни видят!