Он покачал головой.
— Моё имя. Ты сказала моё имя.
— Декстер?
— Ты первый раз его произнесла.
Она моргнула.
— Разве?
Он снова провёл костяшками пальцев вдоль её скулы.
— Да, клопик. И мне нравится слышать его из твоих губ.
— Ты опять уходишь?
— Нет ещё.
От его ответа она неожиданно почувствовала облегчение.
Он взял её за руки.
— Теперь ты можешь встать?
— Я попробую.
Кровообращение восстановилось, и она снова чувствовала свои ноги. Она осторожно перенесла вес на ноги и поднялась. Ноги дрожали, а ступни были тяжёлые, но он поддерживал её за руки, подстраховывая. Она стояла неуверенно, как новорожденный оленёнок.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.
— Тяжело, но стоять могу.
— А идти?
Натали кивнула.
Декстер наклонил голову в сторону ванной.
— Иди, сделай, что тебе нужно. Я дам тебе возможность уединиться. Когда вернёшься, у нас будет разговор, который не получился утром.
Она запахнула вокруг себя одеяло, но, сделав один шаг, остановилась.
— Могу я…с— Было странно спрашивать разрешения о таких простых вещах. Декстер сказал, они обсудили правила, но это не так. Она не хотела опять его разозлить. Она сделает что угодно, чтобы избежать цементного пола. — …могу я оставить одеяло… на себе?
Он кивнул.
— Думаю, что на данный момент… ты его заслужила.
— Спасибо.
Противоположные эмоции боролись в ней, когда Нат заспешила в сторону ванной.
Каким-то образом, после всего произошедшего, в борьбе её чувств побеждала благодарность.
Разум говорил ей, что она смешна. Благодарна за одеяло? Да, благодарна. Она могла идти в нём в ванную. Она могла разговаривать, завернувшись в него. Ещё вчера она сказала бы себе, что это глупо, благодарить за одеяло. Это было вчера.
Сегодня её жизнь изменилась.