— А втрое?
— Да хоть в сто раз! Все равно не отпущу!
— Но почему? — простонал Грифон.
— Потому что ты мне нужен! — отрезал Клодий и вновь повернулся к Альбину, собираясь задать новый вопрос.
Но Грифон обежал его и впервые за все время заглянул ему прямо в лицо:
— И как же мне теперь быть?
— Не знаю! — пожал плечами Клодий и, призывая в свидетели отведшего глаза к морю Альбина в том, что он ни при чем, что Грифон у него такой незаменимый раб, усмехнулся. — Сам виноват!
Когда Александр подошел к храму, от него как раз плавно отъезжала очень дорогая, даже по московским понятиям, иномарка.
Провожавший ее отец Игорь увидел его и издалека прокричал:
— Александр! У меня для тебя приятная новость!
Александр, думая, что так быстро решился вопрос с разрешением печатать книгу в газете, радостно подбежал к священнику, но услышал:
— Зайди к Галине Степановне! Кажется, у нее для тебя сюрприз.
Что ж… Это тоже было хоть что-то.
Он вошел в вагончик, где размещалась бухгалтерия, и увидел сидевшую за столом в углу Галину Степановну.
— А-а, вот и хорошо, что пришли! Легки на помине! — приветливо сказала она. — А то отец Лев быстро бы опустошил нашу казну на кирпичи и цемент!
И протянула два конверта:
— Вот — здесь ровно тысяча рублей!
— Так много?! — растерялся Александр.
— Пятьсот — подъемные. И пятьсот — оклад. В виде исключения выплачиваю за месяц вперед.
Галина Степановна показала Александру, где расписываться в ведомости и доверительно сказала:
— Вам повезло. Только что к нам приезжал очень состоятельный человек, владелец большого завода, давний благотворитель этого храма. Ну а так как отец Игорь благословил поскорей определиться с вами, и вы пришли первыми, то, как говорится, кто рано встает, тому Бог дает!
Она спрятала ведомость в сейф и перешла на заговорщицкий шепот:
— Ну как там у вас с Верой? Контакт состоялся?
— Кажется, да… — слегка растерявшись, ответил Александр, и Галина Степановна заторопила его:
— Тогда не теряйте времени! Отец Игорь мало что понимает в таких делах. А вопрос серьезный! И если Вера сама не заведет разговор о том, чтобы завещать нам свою квартиру, то вы как-то намеком подтолкните ее к этому!
— Да вы что? Как я могу делать такое при живом человеке?
— Вера обречена! А квартира храму нужна, как гостиница! В крайнем случае, можно будет поселить в ней священника. Ну что вам стоит? Вы же писатель! Вам раз плюнуть уговорить ее!
Кровь ударила в лицо Александру.
— Плюнуть — это еще не наплевать на свою совесть! — слегка теряя над собой контроль, жестко сказал он и еще резче добавил: — И вообще, почему это Вера обязательно должна умереть? Она будет жить!
Выпалив это, он неожиданно сам поверил в свои слова и выскочил из вагончика, успев прочитать в глазах Галины Степановны, что она уже жалеет, что определила ему такой большой оклад и выплатила деньги заранее.