Исцеление Вечностью: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ну, без выражения, что ли. Говоря словами классика — как пономарь!

— А я пономарь и есть! — засмеялся Александр и уже серьезно, нарезая сыр, хлеб, рыбу, принялся объяснять: — Видишь ли, после того, как я первый раз читал братии в храме, вкладывая чуть ли не в каждое слово побольше чувства, выделяя то, что считал главным, и слегка подвывая, один монах подошел ко мне и спросил: «А почему ты молился сейчас место меня?»

«Как это?» — вот так же, словно ты сейчас меня, не понял его я.

И тот ответил:

«Да мне просто уже места для своих чувств не осталось!»

— С тех пор я и стал читать молитвы, не вкладывая эмоции в свой голос. Стараясь только строжайше соблюдать все ударения — ведь это может изменить весь смысл — и тщательно выговаривать каждое слово.

Александр посмотрел на Веру — правильно ли та поняла его — и на всякий случай уточнил:

— Я не слишком громко читал?

— Нет, а что? — удивилась она.

— Да просто, если вдруг разойдусь, то давай знать. А то меня ведь настоятель учил читать в огромном реставрируемом храме при звуке одного а то и двух отбойных молотков. Представляешь, какой грохот шел? А ты читай. Да чтоб каждому из молящихся все было слышно и понятно! И попробуй только не выполнить его указания!.. Вмиг вылетишь из монастыря!

— Строго, смотрю, он тебя там держал! — покачала головой Вера.

— За что я ему до конца жизни буду благодарен!

— А значит, и я теперь тоже! — добавила Вера и спросила: — А что означает эта молитва — «Святы̀й Бо̀же, Святы̀й Крѐпкий, Святы̀й Безсмѐртный, помѝлуй нас»?

— О! У нее очень интересная и поучительная история! — охотно ответил Александр. — Рассказать?

— Да! Но только потом — продолжишь рассказывать мне о монастыре! — предупредила Вера.

— Хорошо, — смеясь, пообещал Александр и, становясь серьезным, начал: — Это — так называемая Ангельская песнь Пресвятой Троице, или «Трисвятое».

— Ангельская песнь? Почему?

— Потому что ее воспевают святые Ангелы, окружая на небе престол Божий.

— А кто это видел?

— Ты слушай и не перебивай! — посоветовал Александр и после того, как Вера села, словно ученица, смиренно сложив на коленях руки, продолжил: — Христиане стали употреблять ее спустя 400 лет после Рождества Христова. Однажды в столице Византии — Константинополе было сильнейшее землетрясение. Рушились дома и целые селения. Сам царь, а это, если не ошибаюсь, был Феодосий Второй, вместе с народом, в ужасе обратился к Богу с молитвой. И вот, во время этого общего моления, один благочестивый отрок на виду у всех вдруг был невидимою силою поднят на небо, а потом также невредимым спущен опять на землю. Оказавшись внизу, он поведал окружавшему его народу, что слышал на небе, как святые Ангелы пели: «Святы̀й Бо̀же, Святы̀й Крѐпкий, Святы̀й Безсмѐртный!» И умиленный народ, повторив эту молитву, прибавил: «Помилуй нас!», и землетрясение сразу прекратилось.

Александр помолчал и, подумав, добавил:

— Теперь эту молитву ежедневно читаем и мы. Дома и на церковных службах. Но вот что досадно: мы настолько привыкли к ней, что произносим порой скороговоркой, не вдаваясь умом и сердцем в ее историческую память и суть. А ведь в этой молитве — великая, нет — величайшая, раз она даже землетрясения останавливает — сила!

Закончив отвечать на вопрос, Александр прочитал молитвы перед вкушением пищи и, видя, что Вера, вместо еды ждет от него продолжения рассказа о монастыре, продолжил: — Да, в монастыре вообще все было непросто. Ранний, в половине пятого утра, подъем, ежедневные — утром и вечером — службы, тяжелая, особенно у трудников и послушников, да и у монахов тоже — работа, постоянная молитва… Хотя порой, бывали и забавные вещи. Вот, например, у нас был один послушник. Между прочим, наизусть все Евангелие от Иоанна знал. Теперь «Апокалипсис» учит. Так он ляжет иногда посреди братской кельи. А это — человек десять вокруг. Руки, как покойник, скрестит на груди. И начинает с надрывом читать по себе канон, который читают над умирающим человеком при разлучении его души от тела.

— А это еще зачем? — не поддерживая предлагающей разделить веселье улыбки Александра, ужаснулась Вера.

— Ну так, наверное, на всякий случай! — пожал плечами Александр и объяснил: — Дело в том, что никому не известно, в какой час и даже миг приберет нас к себе Господь. Ведь умирают и старые, и молодые. И смертельно больные, и совершенно здоровые. Порой ни с того ни с сего — мгновенно. А этот канон очень помогает душе, которой становится тогда особенно страшно!

Вера внимательно посмотрела на Александра и, вдруг став необычайно серьезной, сказала:

— Александр, если когда со мной… ну когда я буду умирать, пожалуйста, прочитай тогда и надо мной этот канон.

— Да ладно тебе! Это неизвестно еще, кто из нас по кому читать его будет! — оборвал ее Александр, но Вера, не обращая внимания на то, что это усилит кашель, повысила голос и умоляюще потянула к нему руки:

— Прошу тебя! Дай слово!!!

— Ну, ладно! Хорошо… Даю, раз ты просишь! — пообещал Александр и неожиданно улыбнулся: — А вообще-то, это хорошо, что ты вдруг заговорила о смерти!